Мне тебя запретили

— Кто тебе звонил?

— Да так, личная помощница одного маминого зама.

— Почему она так рано тебе звонит?

— Не знаю.

— А почему ты ей не перезвонил? Вдруг что-то срочное.

— Я так не думаю.

— Зачем ты выключил телефон?

— Не хочу, чтобы меня беспокоили, когда я с тобой.

Леша аккуратно путается пальцами в моих волосах, другой рукой водит по моей обнаженной спине, а я вдруг задумываюсь о его работе. Ему и сегодня туда надо. В 8 утра мы вернемся в порт, Алексей отвезет меня домой, а сам поедет в их строительную компанию.

— А что делают личные помощники? — спрашиваю.

— Обычную работу секретаря.

— А в чем заключается обычная работа секретаря? — не унимаюсь.

— Подносить кофе и выполнять любую прихоть начальника. На самом деле не самая легкая работа, если начальник-тиран, — хмыкает.

Я тяжело сглатываю и чувствую, как настроение ползет вниз."

"— У тебя тоже есть секретарша, которая подносит тебе кофе и выполняет все твои прихоти? — спрашиваю напряженно.

Его пальцы замирают в моих волосах.

Леша резко переворачивает меня на спину и оказывается сверху. Смотрит, лукаво улыбаясь.

— Ревнуешь? — и вопросительно выгибает бровь.

Я молчу, чувствуя, как то самое чувство, которое он сейчас озвучил, больно точит сердце. В горле уже образовался большой ком, из-за которого сложно глотать.

— М? — ведет носом по моей шее и слегка прикусывает ее. — Ты не ответила, — издает смешок.

Ему весело.

— Слезь с меня — бурчу.

— И не подумаю, — снова слегка прихватывает зубами кожу на шее. — Ммм, ты такая вкусная и сладкая с утра. Хочу тебя съесть.

Я закрываю глаза, потому что они уже налились слезами. Я не понимаю, что со мной происходит. Просто…

Я вдруг до сумасшествия ревную Алексея к воображаемой секретарше с силиконовыми сиськами!

Он глухо смеется мне на ухо.

— Глупенькая моя, — целует в висок. — У меня нет секретарши.

Я не реагирую на его слова. Продолжаю лежать с закрытыми глазами, потому что картины, которые уже разбушевались в моей голове, никак не уходят.

— Слышишь? У меня нет секретарши. Вообще. Никакой.

Замечаю, что его голос вдруг стал серьезным. Леша кладет ладонь мне на щеку и поворачивает голову на себя.