Мне тебя запретили

— Ты же знаешь, что у меня нет никаких планов, кроме врачей и физкультуры.

— Родителям скажи, что мы уедем на выходные.

— Только ты и я все выходные? — удивляюсь с замирающим сердцем.

— Да. Только ты и я.

За девять месяцев наших возобновившихся отношений по понятным причинам кроме поцелуев у нас ничего не было. И сейчас, когда Леша говорит, что мы уедем куда-то на выходные, я эти выходные жду больше, чем ждала в детстве Новый год и день рождения.

Леша заезжает за мной в субботу днем сразу после моих занятий, повязывает на глаза повязку и куда-то везет.

— Почему мне нельзя смотреть? — капризничаю.

— Потому что это сюрприз.

— Но мы же еще едем.

— Ты не должна видеть дорогу.

Надуваю в недовольстве губы, но, естественно, на самом деле не обижаюсь. Чем дольше мы едем, тем сильнее я ерзаю в нетерпении на сиденье. Часа через два с половиной Алексей наконец-то паркует автомобиль.

— Мне уже можно снимать повязку?

— Нет.

Он выходит из автомобиля и помогает вылезти мне.

— Тут далеко идти, я тебя понесу.

Меня удивило, что Леша сказал не брать с собой инвалидное кресло. По его словам, я смогу передвигаться сама. Он привез меня в какой-то маленький домик, где мы проведем выходные у камина?

Алексей подхватывает меня на руки и куда-то несет. Когда человек ничего не видит, у него обостряются другие органы чувств. Я отчетливо чувствую влажный воздух, как будто мы у водоема. Слух улавливает крики птиц и скрип деревянных половиц, по которым ступает Леша.

Догадка закрадывается в голову, и я чувствую, как сердце начинает стучать с утроенной силой.

"— Мы пришли, — он аккуратно опускает меня на ноги, но продолжает поддерживать. — Ты плачешь? — удивляется, когда видит, как из-под черной повязки по моим щекам текут слезы.

— От радости.

— Догадалась уже?

Киваю головой.

— Ну снимай повязку.

Я быстро срываю с глаз черную ткань и наконец-то вижу ее — большую, белоснежную и самую красивую на свете: нашу яхту.

На белой поверхности золотыми буквами написано мое имя на английском — Natalie.

— Почему на ней мое имя? — удивляюсь.

— Потому что она твоя.

Я в недоумении поворачиваю к Леше голову.

— В смысле моя?

— В прямом. Это твоя яхта, Наташа, я дарю ее тебе.

— Но… — в шоке моргаю глазами. — Как? — только и могу вымолвить.

Леша с улыбкой вытирает с моих щек слезы.