Мне больно, Олег!

Я в недоумении перевожу взгляд на широкую кровать, тоже как в английском замке стоящую на невысоком подиуме. Четыре столбика по углам поддерживают раму, с которой свисают занавеси полупрозрачного серого балдахина. Спинка кровати мягкая, и еще она застелена темно-бордовым, цвета венозной крови, постельным бельем.

Вот же постель…

Олег ловит мой взгляд и щерит великолепные ровные зубы в недобной улыбке:

– Постелю тебе на диване. На этой кровати хорошим девочкам делать нечего.

Что, если я очень, очень плохая девочка? Вон, даже в БДСМ-клубе сегодня была…

Меня внезапно накрывает тугим ветром отложенного страха.

Все могло бы кончиться гораздо хуже! Он слишком добрый, меня бы стоило наказать за такое…

Правда Олег сказал, что он не из тех, кто тащится по унижениям. Он любит причинять боль.

До меня вдруг внезапно доходит, что я очутилась в идеальной ситуации, которой мама от меня и добивалась!

Все, что мне нужно сейчас, это затащить Олега в постель!

Разве он откажется? Все мужчины животные.

Я прикусываю губу, чтобы моя внезапная улыбка не вырвалась на волю и беру протянутые вещи. Иду в ванную и специально не запираю дверь, даже оставляю ее чуть приоткрытой.

Ванная у него большая. Душевую кабину даже сложно так назвать, это просто какая-то душевая комната! Она вымощена черной блестящей плиткой, а вода льется с потолка, а не из головки душа. На мраморной столешнице установлены сразу две раковины перед широким зеркалом, а у противоположной стены стоят унитаз и биде. Чтобы до них дойти, приходится сделать целых два шага!

А еще здесь стоит что-то вроде высокой табуретки с кожаным сиденьем.

Я хватаю полотенце и футболку, которые успела положить на табуретку и перекладываю на раковину. А сама быстренько раздеваюсь и ныряю под искусственный дождь в душевой кабинке.