Misterium Tremendum. Тайна, приводящая в трепет

– Офицер Освальд, я слишком замерзла и устала, чтобы обсуждать с вами ботанические вопросы. Если вы сию минуту не прикажете солдатам уйти подальше от моей виллы и никогда больше к ней не приближаться, я буду жаловаться самому Великому Магистру. Идемте, я хочу, чтобы вы увидели это варварство своими глазами!

Мне не удалось услышать продолжения диалога. Шаги и голоса стали удаляться. Она уводила офицера. Теперь я мог бы успокоиться и поспать немного. Однако не получалось.

Ее голос, интонации, манера говорить не давали мне покоя.

Меня раздирали противоречивые чувства. «Не она, разумеется, не она, ты ошибся», – повторял я про себя до тех пор, пока не заснул.

Неизвестно, сколько прошло времени.

Я открыл глаза в кромешной темноте оттого, что меня сильно дергали за ногу.

– Вы проснетесь, наконец? Эй, вы там не умерли? О, Боже, ну что мне с вами делать? Свалился на мою голову, спит, как у себя дома! Да просыпайтесь же!

– Простите, сейчас встану, – промямлил я и попробовал приподняться.

– Осторожней, прошу вас, вы разрушите бобровую хатку, бобры ужасно волнуются, я обещала им, что все будет хорошо, не подведите меня, выползайте потихоньку, вот так, не спешите, я помогу.

Кое-как я выбрался из своего убежища. Моросил мелкий холодный дождь.

– Можете встать?

– Я попробую.

Первая попытка оказалась неудачной. У меня подкосились колени, сильно закружилась голова.

– Послушайте, у нас очень мало времени. Идти недалеко, но я не сумею дотащить вас на себе, а помочь нам некому. Ну-ка, выпейте, – она поднесла к моим губам горлышко фляги.

Я подумал, что глоток спиртного сейчас меня прикончит. Однако во фляге оказался какой-то густой травяной отвар с привкусом меда и лимона. Он был еще теплый, я вылакал почти все, и мне стало значительно лучше.

Семья бобров крутилась рядом, бобренок никак не мог успокоиться, лез носом в карманы плаща. Его родители нервно сопели и шлепали хвостами по мокрой хвое.

"– Отстань, малыш, не мешай, я уже дала тебя морковки, – сказала мисс Денни и принялась поднимать меня.

Я помогал ей, как мог. Глаза привыкли к темноте, я стал различать силуэты деревьев. Мне удалось наконец встать на ноги и, опираясь на плечо моей спутницы, сделать несколько нетвердых шагов.

– Мы идем, – сказала она, – мы очень хорошо идем, мне совсем не тяжело. Если закружится голова, вы меня предупредите.