Misterium Tremendum. Тайна, приводящая в трепет

Он выпустил струйку ароматного дыма и произнес задумчиво:

– Вы в отличной форме, несмотря на тяжелый стресс, на все фокусы, которые выделывали с вами Фриц и Гудрун. Это радует. Один – ноль в вашу пользу.

– Что вы хотите? – тихо спросила Соня.

– Один – один. Счет сравнялся. Вы задали глупый вопрос. Самые глупые вопросы те, на которые заранее знаешь ответ. Верно?

– Да, пожалуй. В таком случае позвольте еще вопрос. На него я точно не знаю ответа. Почему на вашем шикарном судне нет нормальных стульев?

– О’кей.

Два – один в вашу пользу. Видите ли, здесь никто не может сидеть в моем присутствии. Только на корточках. Как заключенный. Как зэк. Я правильно понял это забавное русское слово?

– Три – один в мою пользу. Теперь вы, мистер Хот, задали глупый вопрос. Сами ведь знаете, что поняли правильно. А что, кроме вас здесь все заключенные?

– Почему же? Здесь все свободные, полноценные люди, отличные профессионалы. Капитан, штурман, матросы. Есть еще доктор и повар. Только Чан и четверо слуг не совсем свободны, – он выпустил струйку сигарного дыма, – и не совсем люди.

– Кто же они?

– Кохобы. Вы никогда не слышали такого слова?

– Нет.

– Хорошо. Я объясню. Кохоб – нечто среднее между домашним животным и человеком. Они легко справляются с примитивной работой. Они преданы хозяину, исполнительны, аккуратны. Мало спят, питаются простой дешевой пищей. Конечно, у них есть и недостатки. Так сказать, побочные эффекты. Некоторая истеричность, вызванная излишним усердием, ну и еще, их приходится стерилизовать, иначе они плодятся, как кролики.

Соня слушала и спокойно разглядывала лицо господина Хота. На самом деле он был не так уж стар. Лет шестьдесят, не больше. Вероятно, в молодости он страдал тяжелым фурункулезом. Шрамы на его лице напоминали следы оспы. Но вряд ли это была оспа.

– Господин Хот, вы сказали – побочные эффекты. Если я правильно поняла, эти ваши кохобы – результат каких-то опытов?"

"– Период опытов давно позади. За последние три тысячи лет технология производства кохобов не менялась.

Никакой химии, наркотиков, никаких новомодных фокусов вроде нейролингвистического программирования. Всего лишь искусство делать больно, не прикасаясь, одним только психологическим внушением. Механизм воздействия одинаков, но результаты разнообразны, в зависимости от объекта. Примитивные особи легко превращаются в кохобов. У более развитых существ может возникнуть агрессия либо, наоборот, тяжелое депрессивное состояние, вплоть до суицида.