Миражи Амальгамы

Тимур отмахнулся, продолжая загораживать проводнику всё происходящее.

– Я так тоскую по тебе. Мне так одиноко. Молодёжи полный дом, а поговорить не с кем. Эх, плохо мы с тобой воспитали детей – несамостоятельные, ленивые. Умру – что с ними будет? Лодыри! Они не понимают, деньги с неба не падают, их зарабатывать надо. – Старик тяжело вздохнул. – Сейчас, сейчас попробую встать. Я совсем расклеился после твоей смерти, ноги меня не слушаются. – Он оперся о спинку кровати, встал и сделал несколько неуверенных шагов в сторону окна.

Тимур громко постучал и вошёл в комнату.

– Господин Гарольд, с вами всё в порядке? Нам не спится, решили к вам заглянуть.

– Кто там? Я никого не звал, – недовольно ответил старик. – Айрин, – тоскливо позвал он. – Айрин.

Крендель проскользнул мимо Тимура и невозмутимо уселся напротив кровати.

– Зачем пришли? Что надо? Напугали Айрин, моя дорогая девочка ушла из-за вас. – По лицу Гарольда потекли слёзы.

– Вы уверены? – проводник, сощурив глаза, внимательно осматривал комнату.

– Глупый вопрос, я не сумасшедший. Моя малышка только что была прямо на том месте, где вы сидите, – горячо возмутился старик.

Крендель, стараясь сохранить невозмутимый вид, всё-таки передвинулся подальше и стал рассматривать портьеры.

Тимур, пытаясь успокоить Гарольда, стал объяснять: они шли по коридору, услышали голоса и решили узнать, может, нужна помощь.

– Тим, смотри, – проводник показал на старый ржавый замок, висевший на решётке окна. – Айрин не проходила мимо нас, окно закрыто.

– Моя Айрин, я столько не успел ей сказать, – закрыв лицо дрожащими руками, продолжал плакать Гарольд."

"Тимур обошёл комнату, но никого не нашёл. Единственным местом, где можно было спрятаться, был маленький альков, который, видимо, некогда принадлежал Айрин. Там стоял изящный туалетный столик с женской косметикой и с кучей детских фотографий. Он присел на кровать рядом с рыдающим стариком.

– Простите нас. Мы испугались, что с вами случилось несчастье, – Тимур осторожно погладил его по плечу.

– Правда? – лицо старика стало по-детски счастливым.

Тимур смутился: умный, властный старик из-за тоски по жене превратился в наивного ребёнка, верящего в чудеса.

– Конечно, вы же её видели, почему мы должны сомневаться? – уверенно подтвердил Крендель. – О чём беседовали?

– Она только слушает.