Машина страха

– Считаете его невиновным?

– Александр Васильевич, я сам видел, как Хованский прыгнул с крыши… К великому сожалению… Аким пытался его поймать…

– Откуда видели?

– Из окна дома напротив… Был в квартире мадам Рейсторм.

Бурцов издал звук, как паровоз, которому предстоит тащить тяжелый состав.

– Чего же это он с крыши прыгать надумал?

Вынув из внутреннего кармана пиджака раскрытый конверт, Ванзаров положил на стол следователя.

– Отчасти причина в этом.

Бурцов развернул рукописный лист и быстро ознакомился.

– Это же духовная Иртемьева…

– Так точно…

– Как она оказалась у Хованского?

Ванзаров немного помедлил.

– Однозначного ответа пока нет…

– Не важно. – Бурцов махнул рукой. – Полагаю, это все подарки на сегодня?

– Почти, – сказал Ванзаров, давая ему возможность спрятать лист в конверт. – Господин Клокоцкий не может найти завещание Иртемьева. Пропало из закрытого сейфа. Не понимает, как это могло случиться.

Бурцову не надо было пояснять, что это означало.

– Но это чудовищно, – проговорил он.

– Клокоцкий при ней открыл сейф. О пропаже ей известно.

Болото было бездонным. Бурцов захлебывался. Ничего хуже придумать нельзя: Иртемьев мертв, завтра третий день, когда можно оглашать завещание. Но завещания нет. Следовательно, по закону и духовной наследует мадам Иртемьева. Адель Ионовна окончательно теряет наследство матери. Чудовищно – иного слова не подобрать.

Бурцов помахал конвертом.

– Вот это попало в протокол осмотра тела?

– Осмотр был проведен мною, пристав составлял протокол позднее, – ответил Ванзаров.

Пододвинув подсвечник, следователь неторопливо зажег свечу. Когда язычок разгорелся, поднес край конверта. Бумага вспыхнула и разошлась бойко. Бурцов подержал на весу, пока огонь не пожрал большую часть, остаток бросил догорать в бронзовую плевательницу. Скрученный лепесток пепла растер пальцами. От духовной остался сизый дымок, да и тот растаял. Положение Адели Ионовны как наследницы не слишком улучшилось, но теперь появился крохотный шанс затяжного судебного процесса.

– Надеюсь, вы ничего не видели? – спросил Бурцов.

Ванзаров был слеп. Он был доволен, что поведение следователя рассчитал правильно: не показал смытую бумажку.

– Какие ваши дальнейшие действия, Родион Георгиевич?

– Сегодня вечером убийца будет пойман, – ответил он.

Бурцов не любил, когда обещали невыполнимое. О чем заявил напрямик.