Машина страха

 – Вчера поздно вечером ко мне заявился участковый пристав… Разыскивал Иону Денисовича… Как это понимать?

– У кого может найти убежище господин Иртемьев? – последовал встречный вопрос.

Погорельский обратил немую мольбу о помощи к Лебедеву. Но криминалист был бессилен. Тут властвовал сыск.

– Зачем ему убежище? Что случилось?

Судя по всему, доктор ничего не знал. Хорошо, что пристав Вильчевский умеет держать язык за зубами.

– Ничего существенного, – ответил Ванзаров. – Мессель Викентьевич, я изображу вам нечто, а вы мне скажите, что это такое…

На клочке бумаги чиновник сыска довольно похоже нарисовал предмет, который был накрыт черным платком в доме Иртемьева.

Взглянув на рисунок, Погорельский подскочил, как будто его прошил электрический разряд.

– Это же знаменитый прибор доктора Барадюка! – вскричал он. – Тот самый, что регистрирует истечение жизненной силы из человека! Феноменально! Потрясающее изобретение!

– С его помощью доктор Барадюк фотографировал мысли?"

"Погорельский восторженно вскинул руки.

– Ну конечно! Это же биометр! Изобретение аббата Фортена, которое усовершенствовал Барадюк! Какое чудо! Где вы его видели? Хоть бы глазком взглянуть!

– Разве господин Иртемьев не привез его из Парижа?

Доктор погрузился в такую печаль, будто потерял близкого человека или весь животный магнетизм из него вышел.

– Я предполагал, что биометр у него… И Прибытков тоже… Все об этом шептались… Но Иона Денисович все отрицал… Неужели он скрывал такой прибор от нас, своих друзей? От нашего кружка? Как это жестоко…

Аполлон Григорьевич показал знаками: хватит вам мучить больного человека.

Лучше оставьте его мне. Ванзаров не мог отказать другу. Тем более Лебедев еще не догадывался, какие на него построены планы. Уже на этот вечер.

51

В домашнем платье, с ниткой жемчуга на шее Адель Ионовна была так хороша, что у Ванзарова заныло сердце. Идеальная фигура, строгие римские черты лица, а в глазах мягкость и беззащитность – чрезмерное испытание.

Вообще он был отзывчив к женской красоте, как женщины отзывались на его усы. Но у молодой жены правительственного сановника красота была оглушающей. И ослепляющей. Такую невесту надо брать не то что без приданого, а еще заплатить, сколько запросят. Если бы дело случилось не в столице империи, а в Кавказских горах, конечно. Ванзарову оставалось только мужественно отводить глаза.

Бурцов представил его как чиновника сыска, который оказывает неоценимые услуги.