Мир приключений, 1969 (№15)

Такое мужество где-то рядом с совестью.

А может быть, оно и есть сама совесть: непреклонная и неподкупная, не знающая отступлений и сделок?

Но долго над этим он думать не мог — мысли опять захватили Ряднов и предстоящая встреча: нужно во что бы то ни стало убедиться в его виновности, иначе трудно, невозможно работать без убеждения и необходимости работы.

Опять начались такие сложности, что Грошев внутренне махнул на все рукой и вошел в пельменную. Простояв с подносом в очереди, он взял две порции пельменей и бутылку кефира — он любил запивать пельмени кефиром.

Медленно, маленькими шажками продвигаясь по залу в поисках свободного столика, он услышал знакомый голос:

— Садитесь со мной.

Он оглянулся и не увидел никого из знакомых. За столом сидела красивая девушка в малиновой обтягивающей трикотажной кофте и в черной юбке, она улыбнулась Николаю.

— Давайте, я вам помогу.

Николай узнал Петрову и почему-то покраснел. Он сел, и она помогла ему составить с подноса тарелки.

— Все еще на сессии? — спросил Николай и запоздало поблагодарил: — Спасибо.

— Пожалуйста. Да. Еще один экзамен, и я свободный человек... на полгода.

— Трудно сдавать?

— Понимаете, сейчас не очень. Я внутренне успокоилась, и теперь стало легко-легко.

Николай не понял ее и промолчал, но Лариса сама продолжила разговор:

— Я все-таки добилась свидания с Андреем Яковлевичем, а он от него отказался. Мне было очень обидно: старалась, старалась для человека, а он неблагодарно отвергает помощь. Но уже не выходя из... не знаю, как это у вас называется, из тюрьмы, что ли, столкнулась с красивой женщиной.

Мы еще посмотрели друг на друга. Знаете, так, как смотрят только женщины — оценивающе. Автобусы там ходят редко, стою я на остановке, мерзну, злюсь, и вдруг подходит ко мне та женщина, уже вся в слезах, и представляется: здравствуйте, я жена Ряднова.

Николай поднял глаза и взглянул на Ларису; она улыбнулась так тепло и в то же время озорно, что он так и не отвел взгляда.

— Да-да! Именно так. Долго мы с ней в тот день разговаривали, и я поняла, какие дуры мы, женщины, бываем и как иногда можно узнать, что такое настоящая любовь, а что только рядом.

Словом, я дала ей честное слово, что если Андрей Яковлевич сам не попросит, я ему помогать не буду и напоминать о себе тоже не буду — любит она его страшно. Прямо исступленно. А мне с того дня стало легче.

— Почему? — искренне удивился Николай.

— Вы ешьте, ешьте. Мужчины, как правило, не понимают женщин. Но я попробую вам объяснить.