Миллионщик

Как же эта земля может быть не нашей? Но у Мезенцева, оказывается, есть бумаги из Палаты Землемерия, подтверждающие его права. И судейские чиновники ему верят. Или делают вид, что верят ему, а не нам…

— Ой-вэй, я вас умоляю, какие чиновники, какая вера! — не выдержал Изя. — Это же всем понятно, что без денег тут не обошлось! Он им таки на лапу дал, и немало!

— Мы тоже так думаем, — тихо сказала Ольга, и ее щеки залил легкий румянец стыда. — Наш поверенный, стряпчий из Гороховца, так и сказал. Говорит, дело наше правое, но без денег мы его проиграем.

Судебный заседатель, господин Клюквин, намекал ему, что за тысячу рублей серебром готов «повнимательнее» изучить наши документы. Иначе решение будет уже в ближайшее время. А где нам взять такие деньги?

— А если не заплатить? — спросил я, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость.

— А если не заплатить, он вынесет решение в пользу Мезенцева, — закончил за нее Михаил. — Суд уже многажды откладывал заседание. Впрочем, даже если мы выиграем, поместье, вернее всего, отпишут в казну.

Накопился изрядный долг по закладной в Дворянский банк, а платить нам нечем. Поместье наше из-за осуждения Вальдемара взято в опеку, нам выдают на жизнь сущие крохи. Мы продали почти все, что можно было. Остались только мамины серьги…

— Ой-вэй, это оттого, что вы барышня? — участливо спросил Изя.

— Именно! Ольге не дают распоряжаться поместьем, потому что она женскаго пола, а я еще несовершеннолетний, — пояснил Мишель.

Ольга опустила глаза, и я увидел, как дрожат ее ресницы.

Наш разговор был прерван громким лаем собак во дворе, а затем стуком в дверь. В комнату, не дожидаясь приглашения, вошел приземистый, рыжебородый мужик в добротном армяке

— Управляющий Мезенцева явился! — ахнула Ольга.

— Ольга Сергеевна, вам поклон от Афанасия Никитича, — сказал он, не снимая шапки и с нескрываемым любопытством разглядывая нас с Изей. — Велел передать, что торги по вашему имению назначены на следующую неделю. Ежели желаете сохранить за собой хоть что-то, Афанасий Никитич готов выкупить ваш долг перед казной.

За уступку спорного участка, само собой. По-соседски."

"— Какие торги? — ахнула Ольга, бледнея. — Какой долг?

— А тот самый, что за вашим батюшкой числился, — ухмыльнулся управляющий. — В опекунском совете сказали, раз тяжба идет, а долг не уплачен, имение с молотка пойдет. Так что думайте, барышня. Предложение щедрое.

Он развернулся и, не прощаясь, вышел, оставив нас в полной растерянности.