Мера бытия

Недоумевая, кто мог явиться в такую пору, Варвара Николаевна побежала по гулкому коридору.

— Кто там?

— Медяновы здесь живут? — спросил из-за двери глухой мужской голос.

— Здесь!

Руки внезапно задрожали так, что не сразу расстегнули цепочку. Наверное, только в войну можно неистово ждать новостей и так же неистово их бояться. На пороге стоял незнакомый старик с орлиным носом и пронзительно синими глазами.

Он мял в руке шапку-ушанку и, увидев её испуг, застенчиво улыбнулся.

— Да вы не пугайтесь, Варвара Николаевна, я к вам с добрыми вестями.

— С добрыми? Вы кто?

Варвару Николаевну словно окутал туман.

Бережно взяв её под локоток, старик вошёл в прихожую, освещённую полосой света из открытой комнаты.

— Меня зовут Егор Андреевич, я вроде как названный дед Кати Ясиной. Она прислала мне письмишко с фронта и попросила вас навестить. Вот я и надумал заглянуть к вам на Новый год, в качестве подарка, так сказать.

Старик вытащил из кармана и дал онемевшей Варваре Николаевне солдатский конвертик со скупыми строчками, торопливо написанными химическим карандашом:

«Дорогая Варвара Николаевна! Поздравляю вас с наступающим праздником.

* * *"

"Всего за годы войны Юрий Левитан прочитал около двух тысяч сводок Совинформбюро и более 120 экстренных сообщений. Чтение им сводок Совинформбюро, приказов Верховного главнокомандующего и других сообщений имело большое агитационное и пропагандистское значение, оказывало сильное эмоциональное воздействие.

Диктор жил в бараке в условиях полной секретности. Информация для радиовыпусков поступала по телефону, сигнал ретранслировался десятками радиостанций по всей стране, что не позволяло запеленговать головной радиоузел.

Помимо собственно работы в эфире диктор также озвучивал документальные фильмы, которые монтировались на этой же студии. В марте 1943 г. Юрия Левитана секретно перебросили в Куйбышев (ныне Самара), где уже размещался советский Радиокомитет.