Мера бытия

Кругом были только снег и вой ветра.

С каждым поворотом колёс Сергей ждал, что провалится в полынью. Чтобы легче выбираться из ледяной воды, он расстегнул ватник и туже затянул пояс. Однажды шофёр из их батальона ушёл на дно вместе с грузовиком и не мог выплыть, потому что зацепился ремнём за рукоять ручного тормоза. Повезло ему, что рядом оказался майор из разведки. Скинув полушубок, тот нырял до тех пор, пока не вытащил потерпевшего.

Судя по спидометру, машина приближалась к концу пути. Притормозив, Сергей выглянул наружу, тут же получил от ветра ледяную оплеуху, так что ушанка покатилась на сиденье.

Несмотря на плохую видимость и кромешную тьму, Сергей смог разглядеть впереди тусклый фонарный свет и наугад направил машину к берегу. Какое-то время полуторка буксовала, и когда колёса наконец нащупали колею, Сергей вздохнул с облегчением. Там люди, там свет, Ленинград и Катя. Он не сомневался, что через пару часов остановит машину около казармы МПВО, и очень удивился, когда понял, что едет по незнакомой дороге.

* * *Автотрасса, снабжавшая блокированный Ленинград, находилась не так далеко от линии фронта, и поэтому она охранялась воинскими подразделениями. На 8 декабря 1941 г. автодорогу Ваганово — Заборье защищал отдельный полк охраны, позже переименованный в 284-й стрелковый полк, в составе трёх батальонов на трёх участках трассы: один — от Ваганова до Кобоны, второй — от Кобоны до Новой Ладоги, третий — от Новой Ладоги до Заборья. С января охраняться стал лишь ледовый участок трассы.

* * *"

"Если бы Маше сказали, что она в состоянии ворваться на контрольно-пропускной пункт и устроить в КПП шумный дебош, она бы не поверила. Но всё случилось как в кино, куда она очень любила бегать до войны, захватив с собой порцию эскимо в хрустящей серебряной фольге.