Милая обманщица, или Гувернантка из трущоб

— Понимаете…

— Госпожа Амалия не может быть с вами вечно, она уедет когда-нибудь в любом случае, — пришел на выручку Кристиан.

— Почему? — надулся Эсти.

— Во-первых, она молода и красива, может решить выйти замуж. Во-вторых, вы когда-нибудь вырастите, и вам уже не будет нужна гувернантка. Она будет искать другую работу.

— Тогда я женюсь на госпоже Амалии, и она никуда не уедет! — решительно заявил мальчик, и мы рассмеялись.

— Я буду уже слишком старой для вас, господин Эстебан, — отшутилась я.

— Ну и что, — нахмурился он.

— Так нельзя, Эсти! — строго сказала Иллария. — У вас слишком большая разница в возрасте. А вот Кристиан может жениться на ней, и госпожа не уедет!

Магиар смущенно кашлянул, глянул на меня быстро и тут же отвел взгляд.

— Так тоже не пойдет, — улыбнулась я. — Нельзя жениться без любви.

Я поторопила детей, отвлекая от неловкой темы разговора, жестом усадила их на свои места, и началось очередное занятие. Только теперь у нас был настоящий класс, красивый и уютный.

31

В библиотеку началось настоящее паломничество. Экономка, дворецкий, все служанки, кухарка и даже садовник пришли, чтобы посмотреть, что же такого я наделала.

— Вы так красиво все украсили! — хвалила меня Летиссия уже позже, когда мы встретились на третьем этаже.

— Спасибо, у меня есть еще пара идей, — улыбнулась я.

— Будет чудесно, если вы и дальше продолжите украшать не только класс, но и жизни детей.

Она хохотнула, будто сказала что-то смешное, и собралась уже идти дальше по своим делам, но я ее остановила:

— Я бы хотела еще кое-что сделать…

Я замялась, не решаясь озвучить свою идею.

— И что же?

— Я хотела бы убрать траурный декор в доме.

— Вы что?! — замахала на меня руками женщина. — Нельзя!

— По всем правилам траур уже давно должен быть закончен, — настаивала я. — В поместье выдержали все сроки и давно перевалили за них. Всему должен быть разумный предел.

— Все равно, — мотала головой Летиссия.

— Это плохо для детей, давит на них. Они каждый день видят напоминание о том, что им мать умерла. Сколько можно их мучать?

Экономка поджала губы, лицо ее стало печальным.

— Я понимаю, госпожа. Но это распоряжение магиара Роберта, мы не можем его отменить без его согласия. А он запрещает убирать все это, кричит и ругается, стоит только заикнуться. Думаете, мы не пытались?

Я вздохнула. Как же все сложно в этом доме.