Мятежники

Однажды, когда он умрёт, она с радостью препарирует его и поместит его необычные когти в своей жуткой башне-кунсткамере, вместе со всеми странными и уродливыми экспонатами, собранными за многие годы.

Наконец Огонь, фыркнув, выпустила его лапы.

– Что ж, пока ты ещё жив, тебе лучше как следует послужить мне. Мы пойдём на земляных. Собирай всех. Завтра мы отправляемся.

– Что?! – выпалил Шестипалый.

– Не расстраивай меня тугоухостью, помноженной на медлительность, – рыкнула она. – Земляные. Мы нападём на них. Как можно скорее.

– Но подождите, – сказал Шестипалый, – а как же наш план? Стратегия, которую мы выработали?

– Ты имеешь в виду, твой план, – поправила его Огонь. – Знаю, знаю. Сосредоточить все свои силы здесь, пока не отыщем и не убьём Пламень, тогда вместо двух останется всего один соперник, – королева зевнула.

– Поиски идут всего несколько недель, – запротестовал Шестипалый. – Её укрытие засекречено. Но я уверен, сегодняшний бой проходил совсем рядом с ним.

Конечно, он бы никогда не признался, какую надежду лелеет в глубине души. Чего он действительно хотел, так это смерти одной из сестёр, тогда оставшиеся две просто решили бы всё между собой – на обычной дуэли один на один, и не понадобилось бы вовлекать армии, солдат, другие племена и ни в чём не повинных мирных жителей.

С этой точки зрения его стратегия была самой правильной. Если они продолжат нападать на союзников Пламени, ледяных, то наверняка вскоре найдут и саму принцессу."

"– Знаешь, – усмехнулась Огонь, – если ты так сильно желаешь её смерти, то, наверно, тебе не стоило спасать её много лет назад. – Из палатки целителей донёсся крик боли, и королева нетерпеливо взмахнула хвостом.

Шестипалый сжал когти, стараясь не подавать виду, что именно об этом и размышлял несколько бессонных ночей подряд.

– Ваше величество, – сказал он самым спокойным голосом. – Я убеждён, что нам следует придерживаться нынешней стратегии.

– Ну, а я убеждена, что нам следует пойти и перерезать несколько земных, – ответила Огонь. – И я – твоя королева, а значит, последнее слово всегда за мной.