Мертвопись

 – Понятно! А тот, с бородой, он как был одет?

– Обыкновенно – штаны, пиджак, рубашка в клетку, башмаки… – чего-то такого особенного не заметила.

– Если кто-то из них еще раз появится, немедленно мне позвоните. Теперь такой вопрос: с ликвидацией воровских лазов администрация вам так и не помогла?

– Что вы! – Директор музея горько рассмеялась. – Я и замам главы звонила, и ему самому – все без толку.

По ее словам, глава района самому себе отгрохал такое «семейное гнездышко», что тебе какой-нибудь султанский дворец.

– Мои коллеги тоже выкручиваются как могут. А главе до нас дела нет, – резко качнула головой Ворчунова.

Такое наплевательство главы на нужды районных объектов, по мнению директорши музея, объяснялось одним: в столичных кругах у него кто-то свой, который его «крышует», уводя от проверок и ответственности.

– Хорошо, я попробую поговорить с вашими бюрократами, – нахмурившись, произнес Лев. – Надеюсь, что уж мне-то их убедить удастся. Еще вопрос. Мумятина как тут можно найти? Хочу задать ему несколько вопросов.

– Да он живет неподалеку отсюда, – указала в окно Ворчунова. – Видите, вон, строение с мансардой? Это его дом и есть.

Через пару минут Гуров остановился перед двором, огороженным темно-зеленым металлопрофилем.

– Вам кого? – довольно неприязненно пробурчал Мумятин. Судя по выражению его лица, появление незваного гостя ему очень не понравилось.

– Викентий Маркович? Главное управление угрозыска, полковник Гуров. Я хотел бы задать вам несколько вопросов.

Несколько мгновений поколебавшись, тот неохотно кивнул:

– Ну, да, мне рассказывали… А почему вы меня об этом спрашиваете? – По лицу Мумятина было заметно, что он в момент протрезвел. – Там сейчас другой директор, за фонды отвечает она. Ко мне-то какие вопросы?

– Вам этот человек знаком? – Гуров достал из папки рисованный портрет Снякунтикова.