Мертвопись

Мог я один конфликт потянуть, но риск был, что испорчу себе репутацию, связей лишусь. Решил не связываться и уйти по-доброму. Теперь уже и этого человека в управлении нет, и у меня нормальная работа, так что не о чем жалеть.

– Кроме? – хитро прищурился Лев.

– Однако с вами опасно разговаривать, Лев Иванович! – засмеялся Берестов. – Да, есть о чем жалеть. Особенно теперь, когда прошло несколько лет и страсти улеглись. Был выбор, был! Когда я, будучи заместителем начальника управления собственной безопасности, понял, что начальником управления после ухода шефа назначат не меня, а другого, пришлого человека.

– Вы сделали правильный выбор. По многим соображениям правильный. Иногда нужен компромисс, потому что вы в ответе не только за себя, за свою жизнь, свое здоровье, но и за своих близких. Можно было начать войну до победного конца, не считаясь с жертвами. А можно подумать и о том, что семья важнее.

– Ладно, не надо лечить мои раны, – уже серьезно ответил Берестов. – Лучше поговорим конкретно о причине вашего приезда ко мне.

– На кого в управлении собственной безопасности я могу положиться наверняка?

– Есть там честные и толковые ребята. За начальника не поручусь: людям свойственно со временем меняться, а он долгое время служил при этих, при нынешних, мог и испортиться.

– Ваши ребята с лицензиями мне тоже наверняка понадобятся. С одной стороны, как гражданские свидетели, а с другой стороны, окажут помощь при задержании, если дело дойдет до стрельбы. Не хотелось бы, но кто знает…

– А что вы задумали, Лев Иванович?"

"И Гуров рассказал о своих первых подозрениях по поводу возросшего в районе количества возбужденных дел о хранении и распространении наркотиков. И, как он на месте убедился, дела сформулированы и оформлены слишком однотипно, как конвейер.

– Вот что, Лев Иванович! – задумчиво проговорил Берестов. – Давайте поступим с вами так: я переговорю с кем надо, прощупаю обстановку.