Мертвые игры 3

И взгляд… взгляд Дастела, который я наверное никогда не хотела бы видеть… потому что в них плескался страх на грани ужаса, и боялся Норт за меня…

Треск!

Я запрокинула голову вверх, готовая принять последний удар, или выстоять, если разряд будет опять крайне близко.

Но ничего не произошло.

Ни молнии, ни жара, ни грохота грома, ни даже звука.

Как-то внезапно и очень резко наступила тишина. Удивительная, абсолютная, спокойная совершенно тишина. В какой-то миг я подумала, что умерла и потому уже ничего не слышу, но руку продолжало сильно жечь, пекло обожженное близкой молнией лицо и значит, я все еще оставалась живой.

Но вот куда делся треск?! И молния? И грохот?

— Тебе очень повезло, Риаллин, — раздавшийся в этой абсолютной тишине голос ректора заставил вздрогнуть. — Действительно повезло — прямой вход в вены Некроса диаметром всего полметра, и он здесь единственный на весь полигон.

Я прекратила смотреть в небо, повернулась и увидела стоящего в десяти шагах от меня лорда Гаэр-аша. И он стоял, а измененная управляемая нежить медленно таяла, врастая в снег грязными вонючими лужами.

Именно таяла, как карамельные скульптурки поставленные на раскаленную сковороду… Меня замутило.

— Не двигаться! — хмуро приказал глава Некроса.

Гаэр-аш поднял руку, с его пальцев сорвался сине-зеленый огненный смерч. Сорвался и замер в метре от некроманта, все увеличиваясь и увеличиваясь и вот теперь весь воздух загудел от напряжения.

А затем ректор спустил созданную стихию с поводка!

Гудящий, шипящий, воющий огненный смерч понесся по полю, выжигая умертвий, снег, кровь, лужи, оставшиеся от нападавших, и обнажая землю с отчетливо видимыми прорытыми ходами в ней.

И когда огненный вихрь понесся по следу, оказалось, что путь был прорыт у ворот, там, где охрана периметра впускает нежить, если с ней идет некромант. А это значит — кто-то намеренно провел умертвий на полигон. Кто-то, кто и сейчас находится не далеко…

Я испуганно посмотрела на лорда Гаэр-аша, он стоял и сжимал зубы с такой силой, что на лице стали видны желваки, узлами ходящие по скулам.

Движение — и огонь остановился, еще движение — взмыл вверх, образуя над полигоном черно-зеленый огненный купол, по виду чем-то напомнивший половинку мыльного пузыря, потому что так же переливался и двигался, меняя цвета.

— Отныне на это тренировочное поле доступ только вам четверым и вашей личной нежити, — голос ректора прозвучал глухо, но был слышен всем отчетливо. — Попытаетесь провести кого-то лишнего — он сгорит на входе.