Мертвое море

И хорошо что были остановлены повелительным окриком своего господина. Не пришлось мне тратить усыпляющие эрги’сы на потенциальных союзников.

– Стоять! – Мы все замерли. – Ты – свободен! – Это он стоящему рядом вельможе. Пока тот кланялся и отходил, князь и меня поманил пальцем: – А ты рассказывай подробности.

Нисколько не смущаясь недовольным ропотом от военных и со стороны очереди, я приблизился к трону и пересказал дословно весь подслушанный нами разговор княгини с экселенсом Сток-Лиром. Разве что упустил некоторые моменты, касающиеся претензий княгини на мое тело.

Мало ли что? Вроде все друг другу изменяют открыто, но в то же время и подпольных ревнивцев хватает.

Владетель княжества выслушал меня внимательно, все больше и больше мрачнея. Потом отдал военным чинам распоряжения, касающиеся немедленно отправки усиленного отряда к тюрьме. Второй отряд был отправлен в главную управу жандармерии. Приказы прозвучали соответствующие: разобраться, арестовать, наказать, проверить. Не остались без дополнительной работы и охранники, которым приказано было «…усилить бдение до максимума непосредственно во дворце».

Что интересно, каких-либо санкций в отношении княгини пока не принималось. Неужели она получит прощение? Вот уж правильно говорят: чужая душа – потемки. Да и не спрашивали моего совета.

Не знаю, как тут было принято раньше, может, и до утра народ прорывался к своему правителю с важными предложениями. Но сейчас Аффим Гриллих встал и распорядился:

– Прием окончен в связи с чрезвычайным положением! – после чего двинулся в сторону внутренних покоев, жестом не только ближайшее окружение, но и меня увлекая за собой: – Не отставай!

– Ваше сиятельство, там еще мой приятель остался и ташрамп, – зачастил словами.

 – Тот самый… – про певицу я пока благополучно забыл.

– А-а-а… Ну пусть их тоже приведут!

Это распоряжение улетело по цепочке дворцовых охранников, и вскоре Леонид вместе с Ворухом были доставлены в небольшой обеденный зал, где мы все уже рассаживались за несколько десятиместных столов.

При этом мне казалось, что князь даже радовался неожиданно прервавшейся аудиенции. Потому что вожделенно посматривал на стол и с предвкушением потирал руки. Про нашу троицу тоже не забыл, повелительно указывая на стулья с другой стороны стола:

– Рассаживайтесь здесь. Поговорим… заодно."

"Стол хороший, по ширине метра полтора, и весь заставлен холодными закусками, пирожками, фруктами и напитками.