Медвежий угол

Как я уже догадываюсь, Заварзин тебя тогда отмазал, и ты ему теперь по гроб благодарен, так ведь?

Легкоступов кивнул, потупившись, как ребенок.

– А теперь припомнил тебе этот должок, попросив у тебя убежища, – продолжал Гуров.

– Всего на неделю, – ответил Легкоступов. – Он сказал, вот уляжется маленько, и только меня и видели…

– Ну что же, задумано неплохо, – сказал Гуров. – Кому придет в голову искать начальника милиции в доме Легкоступова, верно?

– Никому не придет! – заверил Легкоступов. – Вот даже и вы не сразу догадались, правда же? Конечно, у меня обстановка не та, что Александр Николаевич у себя дома привык – грязновато и амбре, так сказать… Но тут уж не до жиру, как говорится… Я так понял, его как главного зачинщика разыскивают? Выходит, это он Подгайского заказал? Тогда, конечно, совсем его не жалко! А ошибки тут никакой быть не может?

– А это мы сейчас у него самого спросим, – сказал Гуров.

– Это… – замялся Легкоступов. – Может, вы один? Мне неудобно как-то.

– Строго говоря, это я твой благодетель, – заметил Гуров. – А Заварзин сейчас для тебя, как балласт – не сбросишь его, на дно пойдешь. А в одиночку я идти не могу, сам понимаешь. Мне ведь он не откроет. Чего доброго, еще и стрелять начнет.

– Может, – серьезно произнес Легкоступов."

"– Вот видишь, значит, без тебя мне никак! – сказал Гуров. – А чтобы нам совсем уж не страшно было, сейчас мы за товарищем в гостиницу зайдем. Бог, говорят, троицу любит.

– Да меня-то богу в любом виде не с руки любить, – вздохнул Легкоступов. – Уж слишком я, это… грешник большой!

– Ничего, – хлопнул его по плечу Гуров. – Для бога раскаявшийся грешник милее десяти праведников. А ведь ты у нас, того, раскаялся вроде?

– Окончательно и бесповоротно, – подтвердил воспрянувший духом Легкоступов.

Деревянный домик Легкоступова с покосившимся забором и висящей на одной петле калиткой угрюмо нарисовался в дождливых сумерках. Его подслеповатые окна были прикрыты ставнями, и сквозь щели не пробивалось ни единого луча света.

– Не представляю, чего он там делает, в этом гадюшнике, в темноте! – без обиняков заявил Крячко. – Тараканов нешто гоняет? У тебя, Легкоступов, есть тараканы?

– Куда же без них? – философски заметил бывший летчик.

– Небось и клопы водятся? – с живейшим интересом продолжил Крячко. – Жуть! Лева, я боюсь клопов!

– Кончай трепаться! – посоветовал Гуров. – Лучше присмотри себе местечко поукромнее.