Мечта

 — аура принца была поглощена черными нитями и мы все видели, что стоит древнему захотеть и его жизнь закончится.

Я прорычав, откинул от себя орка, одним движением срезав ему голову.

— Вы забавные, — улыбнулся древний, — я с вами поиграю.

Он отошел от Рины и его армия выродков остановилась. Я посмотрел на свою девочку. Как же пылают её глаза. Сердце сжималось от жажды крови. Разорву эту тварь!

РинаЯ смотрела, как Дан и Тейнар пытаются убить древнего. Они не понимают, что он с ними играет. Даже в своей второй ипостаси, они ему не ровня.

Древний взлетел, махнув черными крыльями, отражая атаку дракона. Заклинание, и в живот Дана врезается стрела кроваво-черных плетений. Мой демон на мгновение останавливается и падает на землю, прикрывая рану. В этот миг, древний жестким ударом снес Тейнара. Сердце больше не может этого видеть, переносить! Столько крови, столько страданий и никому не нужных смертей. Война — это боль и смерть любого мира.

Клеймо на теле иномерца,

ты снимешь лишь

с последним звуком сердца.

Другого способа нет. Древнего они не убьют, пока он качает из меня энергию. Я опустила глаза и нашла то, что искала. Сколько же сомнений. Как не хочется быть такой смелой и отважной, но я готовилась к этому. Всему приходит конец. Но что же тогда сердце так ноет от тоски! Разжав ещё теплые пальцы у убитого эльфа, я взяла ракутр чуть дрожащей рукой.

— Смотри, что у меня есть, — крикнула я древнему. Он развернулся и его глаза в опаске сузились. Но что бы он ничего не успел сделать, я резким движением, не жалея ни одного мига, всадила в себя сталь оружия.

— НЕЕЕЕЕЕЕТ! — чей-то крик резанул по ушам.

ДанРина стояла улыбаясь. Одежда быстро красилась в кровавый цвет. Мне казалось я не дышал. В душе плескалась такая боль, что не возможно было даже кричать. С улыбкой в глазах она смотрела на меня и Тейнара.

— Простите, — прошептав губами одно слово, моя девочка замертво упала на землю.

ТейнарСердце не билось. Её сердце не билось! Я не слышал его стука! По лезвию спускалась струйка крови.

— Рина! — прохрипел я, глотая воздух. Я задыхался. Я не мог дышать от боли, которая захлестнула меня. Как она могла! Вот так просто взять и убить себя! Глаза полностью закрыла пелена ненависти. Прорычав я кинулся на древнего, стоявшего над телом Рины. Он сбил меня волной.

Дан— Рина! Ты всегда делала по своему! Зачем? Он и так слишком силен! Твоя смерть ему не повредила! Зачем? — я только сейчас понял, что я всё это кричу, кричу так, что бы её душа меня услышала.