Мечников. Том 11. Свет разума

— Вы не представляете, как я вскипел, когда впервые его увидел. У меня даже возникла мысль… на дуэль его вызвать!

— А вы когда-нибудь участвовали в дуэлях?

— Нет, — признался Разумовский.

— Вот и не начинайте. Бессмысленное занятие. Как раз об этом я и хотел с вами поговорить, Александр Иванович, — перешёл к главной теме я. — Лучший вариант сейчас — изобразить смирение. Прекратить бороться с орденом.

— У вас есть какой-то план, да? — оживился Разумовский. — А вот теперь я снова вас узнаю, господин Мечников!

— Тише! — шикнул я.

— Главная задача — убедить их в нашей полной покорности. В ближайшее время я назову вам время и место. Я планирую собрать всех союзников и обсудить дальнейший план действий. Врагов у нас куда больше, чем вы думаете. И орден лекарей — меньшая из проблем.

Не прошло и пяти минут, а Швецов уже покинул палату, в которой лежал граф Фадеев. Антон Степанович цокнул языком и покачал головой.

— Ужасная картина, — вздохнул он. — Похоже, придётся вызывать подмогу из Самарской губернии.

Нашими силами тут не справиться.

Я услышал, как Разумовский, к моему удивлению, нецензурно выругался, но я вовремя его одёрнул. Некогда спокойный, трусливый Александр Иванович предстал передо мной совсем другим человеком, когда Лазарев сместил его со старой должности.

Но Швецов, конечно, выдал! Подмогу из Самарской губернии решил вызвать! Такая возможность у нас действительно есть, но мы ею пользуемся крайне редко. Только в том случае, если наших лекарских сил не хватает для того, чтобы излечить пациента.

Сам я ни разу этим не пользовался, но Разумовский рассказывал, что в прошлом ему приходилось вызывать «соседей» на подмогу.

Дело в том, что в самарском госпитале работают очень сильные лекари. Почти у каждого по восемь витков, судя по слухам. Многие из них даже посещают столицу, чтобы обучать других лекарей.

И вызывать этих асов ради отравления кофеином⁈ Ну дела… Как я и предполагал, Швецов с задачей не справился. Но вместо того, чтобы попросить о помощи нас, он собирается вызвать тяжелейшую артиллерию!

Я ведь только что русским языком сказал ему, что знаю диагноз.

— Антон Степанович, не стоит вызывать подмогу по пустякам, — произнёс я. — Диагноз пациенту я уже поставил. Поэтому…

— Алексей Александрович, давайте начистоту, — перебил меня Швецов. — Ваше мнение меня очень слабо интересует. Я знаю, что вы тут были кем-то вроде зазнавшегося идола и на вас все молились, но эти времена прошли.