Мамин сибиряк

Кто спорит? Но при чем здесь буля, который, с тех пор как подрос, выбирает не самые удачные предметы для проявления чувств? То металлический жбан, то гантели Клыка, то деревянную бочку с дырочкой. За это время мы четыре раза лечили его самое сокровенное от всякого рода травм. Вот почему, входя в процедурную, я была на сто процентов уверена, что имею примерное представление о том, что меня ждет за дверью. Но эти двое смогли меня удивить.

– Добрый день. На что жалуемся? – строго спросила я, глядя на посеревшего Клыка, который с трудом удерживал скулящего песика.

– Он попытался трах… хм… ну то есть… он попытался… это самое проделать с ежом, – сбивчиво пояснил Клык, проявив несвойственную ему деликатность. Я оторопело моргнула. С ежом. Смелости Баксу, конечно, не занимать. Как и любви к экзотике.

– Ему же можно как-то помочь, да? – промямлил Клык, промокая лысину платочком.

– Если вы дадите согласие на кастрацию.

Конечно, я была не в том положении, чтобы ставить условия, но я так же понимала, что лучшего шанса продавить хозяина були мне не представится, а оставлять все как есть, учитывая темперамент последнего, было опасно для его же здоровья.

Клык оглянулся на бульдожку. Тот с тоской посмотрел на Клыка.

– Черт с тобой, живодерка! Делай, что надо… Только спаси его, лады? Не то…

– Да поняла я. Зинаида Сергеевна, готовим Бакса к реанимационным мероприятиям, – нагнала ужаса.

– Прямо сейчас? – изумилась Зиночка.

– Немедленно. Остальных пациентов пусть кто-нибудь подхватит.

– А ты точно ему ничего лишнего не отрежешь? Ну, в смысле, ты ж еще девчонка совсем… – запоздало забеспокоился Клык.

– У меня большой опыт в подобных операциях. Ожидайте.

Дальше все пошло в штатном режиме. Если не считать того, что помимо прочего, мне пришлось достать из причинного места бульдожки дюжину игл. А там все как по учебнику. Подготовка операционного поля, извлечение яичка, наложение литуры, иссечение, швы.

Когда вышла из операционной, Клык кинулся ко мне, едва не сбив с ног.

– Он жив?!

– И почти здоров. Что касается рекомендаций…

Бла-бла-бла. Пока я рассказывала, пес оклемался. Радости Клыка не было предела. Все-таки, как бы экзотически тот ни выглядел, а выглядел он так, будто переместился в наш век прямиком из девяностых, и как бы себя ни вел, совсем плохим человеком Валентин Сидоров (как значилось в карте Бакса) не был.