Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов

– Роду нужен сын, вероятно? Или же герцог передаст титул племяннику?

Я, разумеется, знала, что передавать имя некому. Но… Зачем так откровенно дразнить гусей?

– Роду Терн нужна Пылающая, – жестко отрезал принц. – И она у Тернов будет.

Сдержав инстинктивную дрожь, я с чрезмерно заинтересованным видом потыкала в розочку из овощей, что украшала тарелку, а после равнодушно бросила:

– Неужели Боги бывают настолько неравнодушными? Чтобы один и тот же род был благословлен трижды – плохо верится.

Перемена блюд, и передо мной мясо с кровью в ягодном соусе.

– Не любите модную кухню?

– Очень люблю, – я посмотрела на принца, – кава великолепна, а уж если добавить к ней меренги… М-м-м, это просто чудо какое-то.

Принц поухаживал за мной: подал вино, щелчком пальцев заставил расцвести крошечную ветку локсов, что лежала у моей тарелки, но… Я долго составляю мнение о людях, потом так же долго его не меняю, но если уж поменяла, то обратного пути нет.

Обед длился и длился, принц еще несколько раз пытался укусить меня, но я вспомнила об одном непревзойденном способе заткнуть собеседника.

– Кажется, мне не хватает воздуха…

– Что ты несешь, Ольтарни?!

– Еще несколько слов, и я упаду в обморок, – с мягкой улыбкой отозвалась я."

"А обморок леди – это дело серьезное, долгое и обстоятельное. Ко мне тут же проводят Кайра, после чего он должен будет добыть нюхательную соль, которая, конечно же, не сработает.

С другой стороны, это даст повод придворным дамам таскаться в наши покои как в свои – проверить, как себя чувствует леди Ноэль, и заодно подсобрать сплетен.

– Тебе безразлична судьба герцогини Терн? Она так тебя любила.

– Какая необычная столовая, воздух то есть, то его нет, – задумчиво отозвалась я.

Арделия Терн ненавидела меня за мой дар. За мой статус. За мою исключительность. Она понимала, что даже рожденный ею наследник всегда будет в тени Пылающей. Ее перекашивало от одной лишь мысли, что юный герцог будет: «А, брат Пылающей?»

Тем более что герцог Терн не спешил жениться на своей фаворитке и исправно пил особые зелья, не позволяющие дикому овсу зацвести.