Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов

И он всегда знает, когда я чувствую удовольствие или же… Отвращение.

«А выводы сделай сам, Деррек».

Было грустно видеть перед собой почти готового короля. Правителя. Человека, который потерял себя в погоне за властью. Но как он собирается делить трон с отцом? Бодрик Бельвергейл не жалуется на здоровье, упражняется с мечом и магией, привечает целителей да и вредной пищей не злоупотребляет. Иными словами, править ему еще лет двадцать-тридцать. На что рассчитывает наследный принц?

«Неужели нас ждет переворот? Невозможно».

Взяв бокал с вином, я вертела в пальцах витую ножку. Пить не было никакого желания. Нет, какие-либо добавки исключены: повара и слуги связаны клятвами, королю это не нужно, а гости… А за гостями следят, ведь вину за их действия возложат на короля, объявят его недосмотром.

Что, правда, никогда не мешало подавать гостям крепленое вино вместо обычного. Вот и сейчас в моем бокале что угодно, но не легкое фруктовое вино.

– Ты изменила имя, но не сменила повадки.

Каждый в этом зале узнает тебя, – процедил принц. – Каждый в этом зале видит ту, что не стала королевой.

– Ваше Высочество, о чем вы? В Бельвергейле есть и король, и королева. – Я широко распахнула глаза, имитируя искреннее удивление.

Принесли первое блюдо, и принц переключился на еду. Он, вероятно, и рад был бы продолжить меня изводить, но десятки пар глаз направлены именно на нас. И если он так и будет говорить со мной, игнорируя пищу, неприятные сплетни обеспечены. Конечно, меня бы он не пожалел, но болтать-то будут про него.

Что пылко влюбился в чужую фаворитку, что забыл обо всем и говорил только с ней, даже кушать, бедный, не мог. Гости и так недоумевают, отчего наследный принц сидит не пойми с кем, а не со своей предполагаемой невестой. Ну, или же сверлящая нас взглядом девушка просто влюблена в принца, оттого и вскипело вино в ее бокале. В прямом смысле вскипело: леди не удержала огненный дар, и соседствующему с ней лорду пришлось туго.

– Герцогине Терн пришлось искать укрытие подле юбки Ее Величества.

Я осторожно скосила взгляд и отметила, что принц смотрит строго перед собой.

– Ее Величество – добрейшая матушка для благодарных подданных, – сказала я, глядя в глазки мертвой рыбки.

– Дочь, что родилась у четы Терн, пережгла в себе дар и ныне находится на попечении монахинь Пресветлой Матери. Герцогиня же желает воспитывать неудачного ребенка и слышать ничего не желает о рождении нового.