Мама для Ромашки

Мужчина накрывает мои губы своими губами, впитывая стоны наслаждения и продолжая ласкать меня, пока сладкие спазмы не утихают."

"— Руслан… — шепчу, отстраняясь и ерзая под ним, намекая на то, что этого мне мало. Я хочу ощутить его. Всего. Щеки пылают от смущения, но я сцепляю лодыжки у него за спиной и чувствую “его”, — ты мне нужен… — шепчу, обхватывая мужчину руками за шею и, притягивая ближе, заставляю лечь на меня. Возвращенные мужчине его же слова действуют, как спусковой крючок. Руслан упирается лбом в мой лоб и тут же одним резким движением бедер входит, заполняя до предела.

Я вскрикиваю, а пальчики на ногах поджимаются от наслаждения ощущать его внутри. Он большой и… мужчина начинает двигаться, постепенно набирая темп, дав мне возможность привыкнуть к себе и к ощущениям. Я закрываю глаза и вцепляюсь пальцами в простыни, комкая и царапая их в наслаждении. Подстраиваюсь с ним под единый ритм, слушая его тихий волнующий шепот на ушко. Тишину спальни нарушает только наше тяжелое дыхание и тихие стоны. Я кусаю губы до крови. По позвоночнику проносятся микро-фейерверки, маленькие разряды тока пробегают по всему телу, а мышцы натягиваются, как струны, на которых сейчас зазвучит музыка крышесносной высоты. Я чувствую, что подступает разрядка, что Руслан на грани, и его сильные, быстрые движения говорят об этом. Я впиваюсь зубами в мужское плечо, сдерживая громкий стон, чтобы не разбудить ребенка, и с последним мощным толчком мы достигаем пика удовольствия и валимся без сил на мягкий матрас кровати.

Глава 29. Алиса

— Лиса… — слышу тихое сквозь сладкий сон. Странно, что за ребенок в моей спальне? — Лиса… — повторяет знакомый тоненький голосок.

С титаническими усилиями разлепляю веки и, сладко потягивая затекшие от лежания в одной позе конечности, чуть не падаю с кровати, когда перед глазами появляется маленькое кудрявое голубоглазое чудо по имени Роберта. А у меня за спиной, щекоча дыханием за ухом, прижавшись к моей спине, сладко спит… ее отец.

— Ромашка? — шепчу, выше натягивая покрывало, так как после всех наших ночных ""игр"" с Русланом уснула в чем мать родила.

 — Ты давно проснулась? — чуть двигаюсь вперед, но меня тут же стальным захватом руки на талии двигают обратно к горячему мужскому телу.

— Нет, я только плоснулась, — сияет на кукольном личике довольная улыбка. — А мозно я с тобой и с папоськой буду спать?

Ее невинный вопрос вгоняет меня в краску, и я, кажется, покраснела до самых кончиков волос.