Мама для Ромашки

"

"— Неправда, — подшучиваю я, подмигивая, — ты меня подрезала! Я уходил от столкновения, — притягиваю ее за руку к себе, и да, девушка не сопротивляется, но замолкает. Обхватываю за талию ее стройную фигурку и прижимаю к себе чуть ближе. Вглядываюсь в ее счастливую моську, словно пытаясь запомнить каждую черточку.

Она так близко. Замерла и, похоже даже не дышит, а я понимаю, что сдерживать свой порыв прикоснуться к ее губам становится все трудней. Они манят, такие мягкие и сладкие, слегка приоткрытые на выдохе.

Я пропадаю.

Слегка склоняюсь, боясь напугать, и смотрю в ее невероятные глаза, которые все еще смеются надо мной и горят неподдельным интересом. Хочу спросить позволения, чтобы поцеловать, но… впадаю в ступор, когда понимаю, что радужки ее голубых, как я думал ранее, глаз на самом деле разного цвета.

— У тебя глаза… — замолкаю, не понимая, как сказать о том, что вижу.

— Да, немного отличаются по цвету, — чуть дрожит голос Алисы. — Это у меня от бабушки… наследственное, — мягко улыбается она.

— Если ты не против, то поедем к Ромашке. Няня, наверное, уже рассказала ей, что у нас будут гости. Думаю, она подозревает, кого ее папа может привести, — усмехаюсь я, замечая, как зрачки ее глаз расширяются. Вот только от удивления, волнения или предвкушения… от чего? Ох, Беркутов, тебе не помешало бы прочитать пару умных книжек по женской психологии.

— Не против, — тихо выдыхает Алиса и отстраняется первая.

От клуба выезжаем в начале девятого. По пути притормаживаю у цветочного магазина. Оставив Алису в машине, спешу исправить свою оплошность. И возвращаюсь с небольшим букетом нежных эустом нежно-розового цвета. Как мне кажется, великолепно подходящим ей и к платью, и в принципе. Она такая же легкая и изящная, как эти лепестки.

При виде цветов у девушки загорелись глаза, а на губах расцвела смущенная улыбка.

— Прости, без цветов… сразу и не подумал, — протягиваю ей, и она тут же утыкается аккуратным носиком в букет, вдыхая запах благоухающих эустом.

— Спасибо, — взгляд, полный благодарности, и я даже не успеваю сообразить, как Лиса наклоняется и легонько целует в щеку. Задерживаясь рядом со мной всего на мгновение, одаривая своим потрясающим ароматом и тут же отстраняясь.

Соберись, Рус, — отвешиваю себе мысленный подзатыльник. Не время тормозить.