Мама для чужого сына

Что же вы сделали, Витя? На что пошли ради проклятых денег? Смотрю на мирную картинку за окном: на деревьях колышется густая листва, на клумбах яркими красками мигают цветы, по дорожкам бегают дети, катаются велосипедисты, в ясном небе неспешно плывут взбитые в пену облака… А где-то страдает от одиночества маленький мальчик…

– Анжелика Львовна, вы меня слышите? – отрываюсь от подоконника, разбуженная голосом Вострикова.

– Да!

– Найден труп мужчины. Очень похож на вашего мужа. Мне искренне жаль, но вам нужно приехать на опознание.

"Закрываю рот ладонями, успокаивая внезапный приступ тошноты, и оседаю по стенке на пол...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 48.

Лика.

Воздух покидает легкие, в глазах темнеет, а желудок скручивает приступ тошноты. Морг – самое последнее место, куда мне сейчас стоит ехать. Но и отказаться я не могу… Смотрю в глаза судьбе, мужественно принимая ее удары, интуитивно чувствуя, что испытания скоро закончатся, и наступит белая полоса.

Темный, пахнущий сыростью и формалином коридор, скрип каталок по полу, звуки открываемых металлических дверей – того гляди, я упаду в обморок от впечатлений. Хапаев идет рядом, поддерживая меня за локоть, и озирается по сторонам, предвидя опасность. А она, к моему удивлению, является, откуда не ждали. Из дальнего угла выплывают фигуры родителей Вити…

– Сволочь! – свекровь обрушивается на меня с кулаками, но сильные руки Магомеда ее останавливают.

– Успокойтесь! Или я вызову полицию! – рычит Хапаев.

– Вызывай! Пускай эту дрянь… За нашего Витеньку… – включается в беседу папа Виктора.

Я почти физически ощущаю исходящие от них ненависть, неприятие, ярость… Они плывут по воздуху невидимым потоком и ощутимо бьют в грудь…

– Давайте успокоимся? – Хапаев всплескивает руками в примирительном жесте. – Ваш сын подставил Анжелику.

– Мы еще не видели тела, – тушуется Лариса Николаевна и громко всхлипывает. Бумажный носовой платок дрожит в ее пальцах, плечи бессильно сникают. – Сказали, что сначала должна жена… – Свекровь заканчивает реплику пронзительным, как рентгеновский луч, взглядом.

– Ты как, Лика? – Хапаев мягко сжимает мои плечи. – Может, попросить у врачей валериану или…

– Я в норме, Магомед.