Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Прошло несколько очень долгих и жутких минут в темноте и в тишине, когда на стенах заиграли отблески огня, и появился маркграф, держа в руке подсвечник.

- Выходите, - жёстко приказал он, и я поднялась на ноги, потянув за собой девочку.

Коленки подкашивались, но я проковыляла до двери и опустила голову, стыдясь смотреть Огресту в глаза.

- Я запер её в кабинете, - так же жёстко продолжал маркграф. – Возьмите Марлен, идите в комнату госпожи Броссар, запритесь и сидите там, пока я не скажу.

У него были мокрые волосы, и вся одежда промокла на плечах и груди, но я не осмелилась спросить - почему.

Девочку трясло, она смотрела на меня широко распахнутыми пустыми глазами, губы её беззвучно шевелились, и я была уверена, что она повторяет одно: ведьма… ведьма…

Я уложила её в постель госпожи Броссар, укутала и села в ногах, положив рядом каминные щипцы, если будет нужно обороняться.

"Прошло около четверти часа, пока в дверь не стукнули, и милорд Огрест попросил открыть. Сжав щипцы в ладони, я открыла дверь и впустила маркграфа и госпожу Броссар, которая шла, опираясь на его руку, прихрамывая и морщась от боли.

- Не зовите Ферета, - попросила она, когда я взяла её под локоть и помогла сесть в кресло. – Ничего страшного, со мной не случилось… А если приведёте этого сплетника, завтра весь город будет знать…

- О вас надо позаботиться, - угрюмо возразил Огрест.

- Кэт поможет мне, - сказала госпожа Броссар. – Как Марлен?

- Очень напугана, - выдавила я через силу.

- Возьмите в шкафчике успокоительную настойку, будьте добры, - сказала госпожа Броссар, обращаясь ко мне. – Там же есть графинчик с вином. Разбавьте его пополам водой, добавьте шесть капель настойки и дайте Марлен выпить. И сделайте ей компресс на шею…

- Хорошо, - прошептала я, избегая смотреть на Огреста, но всё равно чувствовала его осуждающий взгляд.

- Не волнуйтесь, Ноэль, - госпожа Броссар откинулась на спинку кресла, закрыв глаза, - мы справимся. Идите к ней.

- Верну её в подвал, - сказал он мрачно и протянул руку ладонью вверх. – Ключ. Будьте так добры.

- Д-да… - пробормотала я, доставая из поясного кармашка ключ от решётки и передавая маркграфу.

Когда он ушёл, я торопливо достала из шкафчика настойку, капли и тканевые бинты. Госпожа Броссар ни в чём не упрекала меня, но легче от этого не становилось.