Майло Тэлон

У них хватило ума рассредоточиться, чтобы мне было неудобно стрелять.

— Герман, — спросил я, — ты когда-нибудь подметал тротуар в это время?

— Иногда, — ответил он. — Иногда подметал.

— Почему бы тебе не подмести его сейчас? А заодно поглядеть, сколько их там на улице и где.

Герман взял метлу, вымел воображаемую пыль через входную дверь и пошел подметать дальше. Почти независимо от меня мои глаза поднялись к окну в доме напротив. Оно было открыто по крайней мере дюймов на шесть.

Вот так! Просто совпадение?

Вернулся Герман.

— Их не меньше четырех. Один гуляет напротив. Двое у поилки возле «Шпоры», и один сидит на скамейке на этой стороне улицы. У них есть план, и они приготовились.

— Не выходи, Майло! Пожалуйста! — В широко раскрытых глазах Молли застыл ужас.

— Ну-ну, Молли. Эти парни пошли на все, чтобы оказать мне внимание. Самое меньшее, что я могу для них сделать, — оценить их старания.

— С улицы разбегаются люди, — заметил Герман. — Нет слов!

— Видишь, теперь я уже не имею права разочаровать всех, кто кинулся по домам.

Я старался говорить шутя, но можете поверить, мне совсем было не до шуток. Конечно, я обязан выйти. Они будут ждать, это им надоест, и они придут по мою душу, и я тем самым подвергну опасности Германа и Молли. Но мне нужен план. Я вспомнил дислокацию людей Тейлора.

— Ждать не имеет смысла, — сказал я, — но не давай кофе остыть, я через пару минут вернусь выпить еще чашечку.

Молли подошла ко мне с шестизарядником, который я отобрал у хозяина ранчо.

— Возьми, лишний не помешает.

Какая дальновидная девушка!

Я положил руку на дверную ручку. Мне надо как можно быстрее убраться от двери. Один быстрый шаг и…

Никто не смог бы сделать это скорее и лучше меня. Одним молниеносным движением я проскочил в дверь с револьвером в руке.

Они потянулись за своими, и тут я увидел пятого, а потом в поле моего зрения возник и шестой с винтовкой.

Глава 25

Когда я выскочил на улицу и увидел всех парней разом, то подумал, что получил бесплатный билет на небеса.

Из кармана его рубашки торчал кисет, моя пуля подрезала его нижний край. В то же мгновение сверху надо мной раздался грохот, напоминающий буханье пушки — выстрел из «шарпса» 50-го калибра.