Магнатъ

А вместе с ним в небытие улетели три инженера и семь слесарей-наладчиков – то есть все, кто присутствовал при пробном запуске оборудования. Первым же его порывом было немедля выехать на место, но желания разбились о реальность в виде срочного вызова в Гатчину, где нездорово выглядевший император Александр Третий довольно жестко (но в рамках, да) выразил свое недовольство манерами аристократа-промышленника. Мало того, он буквально вынудил князя дать обещание – не устраивать более никаких глупостей.

– Да пошел он!

А по возвращении из резиденции императорской семьи в хмурую Северную Пальмиру и так не шибко веселое настроение добила еще одна новость из Кыштыма – с первого химкомбината. Слава богу, там никаких взрывов не приключилось, а всего лишь лопнула труба высокого давления, выпустив наружу аммиак. Да, люди сильно потравились, а некоторых пришлось возвращать буквально с того света – но все же погибших нет.

– Ваше сиятельство?

«Интересно, что покажет расследование – и по Савватею с Марысей, и по неприятностям на заводе и химкомбинате. Все само по себе или же помогли?»

– Ваше сиятельство?..

По-прежнему погруженный в свои мысли, оружейный магнат отвернулся от окна, перед которым стоял уже долгое время.

– Н-да?..

Увидев в руках горничной серебряный поднос с одинокой визиткой по центру, Александр прямо с места глянул на вензель ее владельца.

– Проси.

Пару минут спустя, когда незваный гость в форме лейб-гвардии Преображенского полка перешагнул порог кабинета, гостеприимный хозяин вместо обычного приветствия дружелюбно заметил:

– Признаться, я уже порядком заждался вас, граф.

Штабс-капитан Татищев, слегка поколебавшись с тем, какую именно манеру общения ему выбрать, чуть дрогнул лицом в намеке на улыбку и вернул упрек:

– Попробуй вас найди, коли вы с места на место разъезжаете!

– И то верно.

– Кхм. С вашего позволения, я сразу к делу.

Помолчав и в некотором затруднении потерев подбородок, гость все же не стал разводить долгих церемоний, выложив перед собой два белоснежных конверта – и сообщив затем хозяину дома о том, что имеет честь передать ему двойной вызов на дуэль.