Князь. Война магов

И станешь ты тем, отчего так убежать рвешься. Не ищи лишних мук. Спустись сам.

– Лучше я со звонницы головою вниз кинусь! – крикнул Пахом.

– И что станет с твоею душой, несчастный? Смертный грех, смертный грех руки на себя наложить. Рази так ты ее спасешь, смертный? Ты будешь вечно гореть в аду, терзаясь за глупость свою. Ибо проще и радостнее остаться здесь.

Сверху было видно, что большинство вампиров уже утратили интерес к пленникам. Они прибирали на дворе, кололи дрова, закидывали на чердак хлева сметанное на дворе сено.

– Я подумаю над твоим предложением, Федот Владиславович, – громко ответил Зверев. – От жажды пока не помираю. До завтра подумаю, хорошо? После сумерек приходи спросить. Может статься, и соглашусь.

– Ты чего, Андрей Васильевич? – испугался дядька. – В нежить задумал окреститься, Бога забыть? Вот оно, учение Лютоборово как выпирает!

– Чего-то покладист ты больно, князь… Никак, задумал чего?

– Вот, паскуда, – уже в который раз удивился Зверев.

– Какой подвох, – встрепенулся Илья. – Ты придумал, как нам сбежать, Андрей Васильевич?

– Убегать нам нельзя, – глянул сверху вниз на боярина князь. – Только побеждать. В таком деле просто умереть – и то позорно… Нет, не уйдет. А я так надеялся, что заскучает… На завтрашний ужин нас отложит… Нет, стоит, таращится.

– Так чего ты замыслил, княже?

– А может, и не поймет снизу. Пахом, видишь, на балке еще кусок пенькового каната остался? Колокол, похоже, сразу на четырех витках висел.

– Знамо дело, не на одном. Вона, махина какая!

– Если его размотать, то до петли достанет, и еще хвост останется.

– Вроде должно.

– Так вперед, привязывай.

– Зачем, Андрей Васильевич? Все едино колокола нам вчетвером не поднять. Тут сто мужиков надобно собрать, не менее.

– А кто тебе сказал, что я собираюсь его поднимать, Пахом? – до шепота понизил голос князь. – Шестьсот пудов! Ты понимаешь, что это такое – шестьсот пудов? Балка, на которой этот пол держится, тоже из мореного дуба.

"– Она сломается, как тростинка, – еле слышно пробормотал холоп. В его глазах наконец появилось понимание.

– Я побёг! – выдохнул Илья и нырнул в люк. Через миг из-под пола послышался равномерный стук.