Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Застываю у кромки и просто выбрасываю руку с ножом вперед. Вой и дерганье туловища в предсмертной агонии, по итогу — изувеченный труп с торчащей в горле рукоятью собственного охотничьего ножа.

— Тигр, ты страшен. От твоего бешеного вида бывалые мужики ссут! — хохочет рядом Кац.

Обращаю на него взгляд.

Снимает мокрую майку и щеголяет прокаченным телом, забрызганным кровью, обтирается своей же тряпкой.

Головорез тот еще. Русская мафия не зря считается одной из самых жестоких. Кац достойный сын своего отца. Бешенный.

Молчу. Натягиваю куртку на плечи и обдумываю те крохи информации, которые выбил.

Еще один труп, когда-то считавшийся почти другом семьи. Отец на него полагался, приблизил и получил в ответ удар.

Сука!

— Ну че, пошли теперь баб натягивать? — скалиться во все зубы Димитрий, ему нужно спустить пар.

Поднимаюсь по ступеням чужого особняка. Захожу в холл. По сути притон, наркота повсюду, бутылки на полу.

— Оставшихся мужиков в расход! Шлюх придержать. — приказывает рядом Кац.

Где-то на заднем плане слышу крики, вой и выстрелы.

Затем крики сменяют интонации, становятся более тягучими и говорят уже о насилии другого формата. Озверевшие бойцы начинают пировать. У каждого свой трофей. Отстраненно наблюдаю, как озверелые мужики имеют шлюх, принадлежащих когда-то проигравшей группировке, на которую мы вышли.

С древних времен на любой войне победители всегда присваивают все, что считают нужным. Делят куш. Таков закон. Ничего не изменилось.

На полу валяются свежие трупы, но это не мешает остервенело трахать очередные дырки.

— Ну че Тигр, опять не в теме? — подмигивает Кац и холоднокровно хватает орущую и сопротивляющуюся смуглянку.

Северянин. Высокий, мощный, пепельный блондин и темноволосая шипящая кошкой смазливая шмара. Даже красиво.

Переступаю через распластанные тела, чувствую едкий запах гари и пальбы, вонь смерти забивается в ноздри и оставляет меня равнодушным.

Выхожу на балкон особняка и облокачиваюсь на перила, разглядываю бесконечные огни города вдали.

Оставляю за спиной вакханалию секса и крови. Мне есть над чем подумать. Все-таки уже начинаю складывать определенный пазл и отдаленно улавливать проскальзывающую цепь событий и лиц, причастных к бойне, отнявшей у меня все.

Сегодня в моей войне рекорд.

Я никогда не видел столько трупов. Вышли на целое логово, притон кишащий отребьем, которое в числе других было нанято для ликвидации моей семьи. Всего моего рода.