Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Сдерживаю рваное рыдание, плачу, закусив кулак, впиваюсь зубами в пальцы и сжимаю челюсть, причиняю себе физическую боль, чтобы отвлечь сознание от того ада, в котором я оказываюсь каждый раз с приходом своего единственного сна.

Прячу лицо в коленях, раскачиваюсь из стороны в сторону. Убаюкиваю свое раненное сознание, уговариваю мысленно, что все это кошмар. Всего лишь сон с моим Палачом в главной роли. Ночной кошмар, превратившийся в мою вечную агонию и страдание. Чертовы воспоминания, которые не вытравить, которые словно гнойник и нарыв вскрываются каждый раз стоит мне прикрыть веки…

Воздуха не хватает.

Осторожно соскальзываю с кровати и бегу из комнаты, прикрыв за собой дверь. Оказываюсь в кухне, хватаюсь за окно, распахиваю его на сквозь, почти вываливаюсь наружу, в попытке надышаться холодным утренним воздухом. Прогнать наваждение. Все равно не могу унять боль воспаленного сознания…

Заставляю себя судорожно глотать воздух.

— Все ложь! — шепчут непослушные губы.

Кричать хочу, выть в голос и биться об землю, ломая себя в кровь.

Закрываю глаза. Пытаюсь отдышаться. Но на внутренней стороне век, калейдоскопом событий проскальзывают воспоминания незабываемой ночи с любимым мужчиной.

Зажимаю рот рукой, заглушаю звук и сползаю на пол.

Я опять мысленно там в своем кошмаре вместе с ним.

Мотаю головой. Сума схожу от тоски и ненависти…

— Прекрати Тайгер! — шепотом, — Сколько еще ты будешь мучить меня?! Я не могу больше… Сколько еще мне пылать на костре и просыпаться став пеплом, прахом, осевшим на остывающих углях твоей жестокости?!

Ненавижу! Всем сердцем! Всей душой! Презираю так сильно, что челюсти сводит!

Застываю у окна, дрожу то ли от холода, то ли от чувств, что рвут душу в клочья.

— Отпусти меня…

Опускаю голову, вцепившись в подоконник и так и хочется по-звериному провести по куску дерева когтями, оставить росчерк и борозды, но, все, что я могу, лишь срывать ногти в кровь…

Трясу головой, как сумасшедшая.

Начинаю дыхательные упражнения. Дышу согласно тому, как когда-то вбил в меня мистер Уильямс. Техника настолько въелась в сознание, что я проделываю все на автомате, даже не задумываюсь над тем, что именно сейчас делаю.

Беру себя в руки.

Я боюсь спать, потому что в моих снах я бываю счастлива, я лечу, парю, встав на крыло с Черным Ястребом.