Логово

Наверное, если бы у них было больше времени, они могли бы построить новый мир. Не хуже и не лучше людского, но другой. Но этого не случится. Мутаген превратил их в «йети», но не сделал отдельным биологическим видом. В отличие от летающих ящеров или «псов», которые могли иметь потомство.

Они, «йети» – не переходная ступень, а тупиковая ветвь. Их половые клетки не подвергались трансформации, а гибриды не могут иметь детей. Следовательно, их вид был изначально обречен. Все, что они могли, – это пытаться повторить процедуру, с помощью которой были созданы сами.

«Серые» пытались переливать свою кровь с помощью шприца. Но вирус давно потерял свою силу. И слава богу.

Глядя на сгорбленную фигуру чудовища, Малютин присел рядом с ним. И неожиданно почувствовал острую жалость. Он видел многих сильных и стойких людей, которые не смогли жить после гибели цивилизации. Наоборот, способность жить с этим, жить после этого – выдавала в человеке какой-то изъян и надлом, какую-то болезненную червоточину.

И этот разумный «йети» тоже, как оказалось, был подвержен этому эффекту. Как ни противны ему были его дикие сородичи, а все-таки это был его коллектив. Его маленькая цивилизация.

И все-таки ученый не мог торчать рядом с ним долго. Чуть ли не пинками он заставил Большеголового отойти от здания. А сам пошел в административный корпус. Он хотел забрать вещи Токарева, среди которых было достаточно пластиковых… точнее, пластичных взрывчатых веществ, чтобы взорвать все корпуса института.

"За час он разложил взрывчатку, которую успел приготовить майор, в точках, отмеченных тем на плане здания. Несущие стены, опоры, колонны… или как их там. Вставил детонаторы.

Все это время Большеголовый сидел на земле, как статуя, как древний каменный идол. Какие мысли носились в его голове?

«Ухожу», – вдруг услышал Малютин, словно до него долетел порыв ветра.

Наверное, «серый» не желал оставаться рядом с НИИ, где все пропиталось злом и смертью.