Логика выбора

По улице неторопливо шла блестящая дама, модная, строгая и неприступная. Одежда, конечно, в полном порядке, высокомерно вздернутый подбородок, безукоризненные манеры. На меня она взглянула холодно и презрительно, давая понять, что только невежда может бесцеремонно пялиться на незнакомую женщину. Именно такой знают ее родственники, соседи, друзья, поклонники, муж… Счастливцы, не гуляющие по окраинам и не умеющие читать чужие мысли! Двойная и тройная мораль – повседневная, парадно-выходная, для особых случаев – всегда представлялась мне самым отвратительным на свете, гораздо более мерзким, чем явный, неприкрытый порок.

Нет, так продолжаться не может! Сейчас опять навалятся тяжелые мысли, воспоминания, нахлынет тоска, апатия… Я привык чувствовать себя предателем, недаром за квартал обхожу детей: стоит зазеваться, и мигом появляется плоская картина с языками пламени, пенистыми волнами, паровозными колесами и отчаянно-умоляющим взглядом ребенка, в помощи которому ты отказываешь. Но, оказывается, быть преданным не менее тяжело.

Плюнуть и рвануть в Роганду, разом решив все проблемы! Все? Увы, только одну – ничего не опасаться: я невидимка, когда не делаю свое дело. А что до остального… Ни браска, ни зеленый дым не помогут, так уж по-дурацки я устроен. Вот если бы вытравить из себя разную чепуху – принципы, убеждения, долг, совесть. Но чем тогда я буду отличаться от несчастных постельных животных?

Смеркается. Время. Я направился к центру. Черное небо расцвечивали сполохи от протуберанцев обреченной звезды.

Душно, люди вокруг нервные и взвинченные, много пьяных. Самочувствие отвратительное, и, что самое скверное, нет уверенности в себе.

Поведение Т. в предстоящей ситуации моделировалось компьютерами по всем правилам теории игр. Это была особая фигура, чрезвычайной важности. Следовало нащупать варианты, дающие положительный эффект при любом, даже самом неблагоприятном раскладе.

Т. жил в старом многоквартирном доме, и, с трудом поднимаясь по пахнущей мочой крутой лестнице, я вспомнил те веселенькие коттеджи, которые строили в самых заповедных и живописных местах для высшей и первой категорий. Впрочем, иногда туда попадали и особо отличившиеся граждане второй категории.