Любовные утехи русских цариц

Вполне возможно, что мы сегодня не в духе, встали не с той ноги, что мы сегодня не обратим ни на кого свое милостивое внимание, а если какой-то счастливец удостоится нашего небрежного кивка, он должен выйти на два шага вперед и отвечать на наши вопросы по стойке «смирно», кратко, четко, корректно и отмарширует обратно в строй, когда мы знаком нашего пальчика разрешим ему это сделать."

"Всеобщую тишину и смирение может нарушить лишь маленькая обезьянка величиною с кошку, которая юркает по головам сановников, соскочив с какой-нибудь люстры или шторы.

Смотреть на эту сцену демонстрации высокомерия, цинизма и пренебрежения нельзя без отвращения. И в этом отношении «второе я» царицы ничуть не наследовало ее неизменные приветливость и радушие по отношению ко всем окружающим.

Возомнив себя знатоком искусства и науки, он начинает преследовать лучших ее представителей. И если Григорий Орлов приглашает Руссо пожить, как в раю, в его имении, покровительствует Ломоносову, Потемкин обласкивает Фонвизина, то Зубов устраивает гонения на Радищева, издателя Новикова и писателя Княжнина.

Возомнив себя важным государственным правителем, после семи лет своего владычества разворовал казну, подорвал дисциплину в армии. Цветут взяточничество, подхалимство, лесть, угодничество. Екатерина, конечно, ничего замечать не желает, все чаще хворает и наконец неожиданно умирает.

После смерти Екатерины Зубов считал себя погибшим. Он, испугавшись возмездия со стороны Павла, сына Екатерины, который вступил на русский престол, укрылся в доме своей сестры Жеребцовой и даже в окошко боялся выглядывать, не то чтобы на улицу выходить. Все десять дней его пребывания у Жеребцовой — это тревожное ожидание ареста с конфискацией имущества и отдачей под суд. «Знала кошка, чье мясо съела». И должны же были ему по справедливости зачесться все его делишки: расстроенная казна, высокомерие и издевательства, травля ученых мужей.

И вот это маленькое ничтожество, в свое время покрикивающее на Суворова и снисходительно принимающее кофе от Кутузова, сидит теперь тихой мышкой, боящейся выглядывать из своей норки. Но Павел всех удивил. Ничего такого с фаворитом не случилось.