Любовные утехи русских цариц

А поскольку царица должна быть красивее и лучше всех придворных дам, им вменялось в обязанность носить только те парики, которые она для них заготовила: то есть плохого качества. Плакали, конечно, бедняжки, сие страшилище на голову напяливая, но что поделаешь, против воли царицы не больното попрешь.

Вот великий Август во времена Римской империи свою дочь Юлию на такое безобразие не обрек. Когда она, от излишка любовных утех, что ли, вдруг абсолютно облысела, Август за бешеные деньги купил у парикмахера скальп немецкой принцессы с буйными, роскошными волосами.

Скальп приспособили под размер головки Юлии, смазали специальным составом, чтобы он не высох, и красота Юлии пуще прежнего засверкала.

И вот пока еще белокурой царевной очарованный Бирон глядит на нее из своей конюшни, мечтая и строя политические планы, Анна Иоанновна не дремала. Почувствовав угасающий любовный пыл фаворита, выступила перед ним в обновленном виде. Долой свободный восточный халат! И вот она, гренадер из гренадеров, с черными, как смоль, кустистыми бровями, нарумяненная, жирно набеленная, с протертым коровьим маслом лицом, поскольку, как мы уже знаем, воду не очень уважала, в немыслимо дорогих драгоценных бархатных и парчовых платьях, вышитых золотом, жемчугом и бриллиантами, начала очаровывать Бирона.

Специально корсет снимала, чтобы еще больше свои женские прелести подчеркнуть, предлагая фавориту прилечь рядом. Но Бирону постоянные послеобеденные отдыхи с матушкой-царицей на совместной кушетке изрядно уж осточертели. Может быть, в глубине души он и сетовал на такое несвойственное вообще-то русским царицам любовное постоянство, ибо начал от любовных утех явно отлынивать, проявляя интерес совсем к другому — празднествам, фейерверкам и балам.

И так поднаторел в этом, что Анна Иоанновна на время в любовных утехах поостыла, а решила все европейские дворы русским великолепием затмить. И удалось ей это замечательно. Правда, неблагодарные иностранцы, вместо того чтобы в обморок от восхищения упасть, долго еще морщиться будут: дескать, богатства много, а безвкусицы и грязи и того больше.

Ну, немного, конечно, мы их правоту признаем. Чистоплотность не была сильной стороной натуры Анны Иоанновны. Про нее один царедворец так сказал: «Грязновата эта царица, но щеголиха страсть какая»."

"И нередко иностранцы от своей заморской щепетильности к чистоте в казусные и неприятные истории попадали.