Любовница своего бывшего мужа

А тут все удачно складывается — я вытаскиваю девочку из ее дерьмового мира, искупаю свое мудачество, можно сказать. Все счастливы. Может быть, в конечном итоге, даже я. Но повернулось иначе. Словно кто-то спросил меня: «Хорошо решил? А если вот так?» — и я снова без выхода в аду неверных решений. Все вывернулось наизнанку, то, что должно было спасти меня от повторения боли — само же и спровоцировало это повторение.

— А ребенок? Не твой, да ты и детей никогда не хотел.

— Я боялся. А тут бояться уже нечего, вот он ребенок, почти готов.

— Антон, а ты… сейчас… Готов? — тихо спросила я, не поднимая на него глаз.

— Леся? — он отстранил меня, чтобы посмотреть в лицо, в глазах у него была такая надежда, что мне стало больно. — Да?

Я молча покачала головой.

— Нет? — он снова поник.

— Но ты понимаешь, что когда мальчик и девочка ложатся в постельку и там трахаются несколько часов подряд без презервативов, всякое может случиться? — уточнила я, все-таки ловя его взгляд.

Вместо ответа он ухмыльнулся и прижал ладонь к моему животу. Горячую. Сильную.

— Я вернулся, пушистый, — сказал он, глядя мне в глаза. — Я очень скучал по тебе и я вернулся. Выходи за меня снова?

Счастливый конец

— Жениться? — удивилась я. — Зачем? Мы уже пробовали. Потом опять все это: бюрократия, разводиться, менять документы…

— Ты ведь даже фамилию не сменила! — возмутился он.

— Вот именно! — я царапнула ногтями его грудь.

— Ну ладно, — вдруг сказал Антон. — Как хочешь, а я уже.

— В смысле — уже?

— Ветровку подай.

Он вытащил из внутреннего кармана паспорт и продемонстрировал мне страничку семейное положение. Там стоял всего один штамп — о нашем браке одиннадцать лет назад.

— Я так второй и не поставил. Так что, можно сказать, я и не прекращал быть твоим мужем.

— А Натка знала? — с замиранием спросила я.

— Угу.

— Господи, представляю, как она тебе мозг выносила…

— Пустяки, царапина! — ответил он, откидываясь на подушки с видом героя боевика, изрешеченного из автомата.

Я засмеялась и поцеловала его. Где-то там в коридоре вибрировал телефон — меня наверняка потеряли заказчики. Все равно. Потом со всем разберусь. Имею право на одну безответственность в пятилетку, в конце концов.