Любовь вернулась

Не собираюсь менять свои планы!

— Хорошо, хорошо, — согласился с ней он, вспомнив, что Элиз считает свое согласие большой уступкой для него и Маркуса. — Просто мне бы хотелось, чтобы дела продвигались побыстрее. Надо ковать железо, пока оно горячо.

— Ладно. — Девушка взглянула на банку, стоявшую возле ее босых испачканных ног, и сказала: — Разрешите мне закончить хотя бы это дело.

Талберт последовал за ней в уютный курятник, который поначалу не заметил, так как он был почти скрыт диким виноградом.

— А где вы держите поросят? — неожиданно спросил он.

— Поросят? Что ты, какие поросята? Это ведь не ферма.

Зайдя в курятник, она вытряхнула содержимое банки. Моментально налетели куры и петухи и принялись поглощать червяков с удивительной быстротой. Тал смотрел на них с любопытством и даже умилением, пытаясь вспомнить, когда он в последний раз видел живых кур и цыплят.

— Если ты так хочешь, пойдем в дом и обсудим проект, — сказала она, закончив кормежку.

— Хорошо. Пойдем.

День был теплый и солнечный, поэтому они разместились в беседке, увитой виноградом и плющом, создававших освежающую тень. Девушка принесла из дома кувшин с лимонадом. Она как раз наливала его в стаканы, когда неожиданный вопрос Оксли заставил ее поставить кувшин на стол: «Сколько ты вкладываешь в проект? Расскажи мне, пожалуйста, какой капитал есть у тебя?»

— Капитал? Зачем тебе это надо знать?

Конечно, она предвидела, что он будет интересоваться делами фирмы, но не ожидала, что первый же вопрос будет о деньгах.

— Я оставляю небольшую сумму денег для аренды автобуса к следующей поездке, а остальную выручку кладу на расчетный счет, — объяснила она свое финансовое состояние.

— Тебе надо будет арендовать несколько автобусов для осуществления нашего проекта, — продолжил он решительно, по-деловому.

— Персонала? — Этого Элиз совсем не ожидала.

— Ну конечно. В пути будут сразу три автобуса. Ты не можешь находиться в каждом из них.