Любовь по рецепту

Но стоило ей переложить свиток на алтарь, как он вспыхнул алым, и на белоснежном мраморе проступила надпись: «Иди по пеплу, вдоль солнечных врат, за песнью стрел и звоном мечей. В тиши мёртвых снов найдёшь утешенье и вновь обретёшь вечный покой».

– Ещё она загадка?! – с ужасом воскликнула я.

– Не совсем, – стоящая неподалёку ректор указала на два каменных медальона, лежащих у ног Воина. На одном была изображена стрела, на втором – клинок.

– Хэймдар не признаёт стрел, только мечи, – Аббас подошёл ближе, рассматривая подсказки, – лучникам покровительствует Шёпот.

– А также авантюристов, искателей приключений и людей искусства, – усмехнулась я, – если следовать тинтарской логике, нам подходит именно её амулет!

– Выбираем стрелу? – Аббас обвёл взглядом остальных. Возражать никто не стал, и инкуб с силой нажал на медальон.

В Храме воцарилась тишина, несколько мгновений ничего не происходило. Только снаружи доносился рокот камня и тоскливый звон.

– Ох... смотрите! – воскликнула Эльсанна.

Цвасхия первой выскочила в центр зала и спрыгнула вниз. Часть пола оказалась зачарованной плитой и сейчас она с тихим шелестом спускалась в Бездну. На тридцать седьмой уровень тинтарских подземелий...

– Это лифт! – крикнула паучиха. – Бегом сюда!

Голос жрицы разлетелся по залу звонким эхом. Мы, не сговариваясь, рванули к ней и спрыгнули на плиту.

Время шло на минуты, я буквально кожей чувствовала повисшую в воздухе угрозу.

– Не успеем..., – с ужасом прошептала, чувствуя нарастающую вибрацию. Сила Лариэль давила, оглушала, лишала воли...

– Успеем! – уверенно завила Эльсанна.

– Но Сердце уже...

– Это не артефакт, а местный фон, – ошарашила нас цвасхия, – я не зря выжидала, давая вам время на адаптацию.

– Не переживайте, через пару минут привыкните, – добавила Тайша.

Я кивнула, не в силах вымолвить больше ни слова. Тело казалось ватным, перед глазами плясали цветные пятна, а сердце стучало в сумасшедшем ритме. Меня знобило, и судя по бледным лицам остальных, они переносили спуск не лучше. Только паучихи и штурмовики, привыкшие бродить по нижним уровням, выглядели бодрее.