Любой каприз за ваше сердце

Я проделывала этот трюк со своим израненным сердцем в третий раз, говоря громкую фразу: «Все кончено». И с каждым разом это давалось все сложнее.

Изнутри будто выдернули жизненно необходимую деталь, отчего сразу стало не хватать кислорода, дыхание сбивалось.

И внезапно автоматические двери за спиной у Миши распахнулись, и появившаяся перед глазами фигура отвлекла внимание от происходящего. Вот черт. Только этого не хватало.

— Кристина Сергеевна? — Александр шагнул нам на встречу, сжимая в руках пакет из ресторана.

Бывший жених напрягся. Мгновение — и мои запястья оказались на свободе. А Миша с несвойственной ему резвостью одной рукой схватил ошарашенного Александра за пиджак, а второй рукой попытался нанести удар. Но прежде чем я успела что-то сделать, мой несостоявшийся убийца сделал одно неуловимое движение и… И вот Миша уже развернут к нему спиной, а его правая рука заломлена назад и вывернута в неестественном положении.

— Что вы себе позволяете? — Александр и вида не подал, что произошло что-то из ряда вон выходящее.

— Извините! — я кинулась к вырывающемуся из захвата Мише. — Извините, пожалуйста!..

— Слушай сюда, м…, — бывший жених заговорил сквозь зубы стоило только мне его освободить. — Если еще раз я тебя, м…, увижу рядом с Кристиной…

— Прошу не выражаться в присутствии дамы. — Александр повысил голос, брезгливо вытирая руку об салфетку. — Равно как и употреблять крепкие спиртные напитки при даме крайне неуместно.

"Нужно срочно бежать отсюда. Подальше от этого позора. Черт. Неужели все это происходит на самом деле? Неужели со мной?

— Александр, — я стыдливо тянула Мишу прочь с места происшествия. — Извините! Он не в себе!

— Чег-го? Ты мне еще и указ-зы давать будешь? — Миша попытался вернуться ко входу в бизнес-центр.

— Прекрати! Идем отсюда! — мне стоило огромных усилий тащить за собой это невменяемое тело.

— Берегите себя, Кристина! — до моих ушей долетело напутствие Александра.

Так стыдно мне не было никогда. И это дурацкое ощущение глодало изнутри, заставляло бежать все дальше и при этом тянуть за собой клянущего всех на свете Мишу. Разговаривать с ним сейчас не было никакого смысла. Да и желания тоже не было. Всепоглощающее чувство моей больной любви сейчас оказалось забито раздражением и отвращением.

Так больше не может продолжаться. Это последняя капля.