Любой каприз за ваше сердце

"

"И тут мой взгляд наткнулся на человека, которого я никак не ожидала сейчас увидеть. За спиной моего «супруга» помимо еще одного мужчины в форме стоял Грязнов Алексей Сергеевич.

— Леша? — Сергей Викторович закашлялся. Кажется, удивительным его появление показалось не только мне.

— Пап, остановись, пока не стало поздно, — мужчина коротко мотнул головой и сделал пару шагов вперед. — Отпусти Кристину, и Саша закроет глаза на все твои махинации.

Одно резкое движение в бок, и я вновь оказалась в захвате у Грязнова.

— Мои махинации? — Сергей Викторович хмыкнул. — Кому ты веришь, сынок? Грязному предателю, убившему своего отца?

Александр сделал неуловимое движение вперед, за что заслужил удар, пролетевший вскользь плеча, от одного из охранников. «Супруг» замер.

— Это ты его убрал, — стальной тон Алекса резал слух. — Отца, Николая Федоровича… «Альфа», «Бета», «Гамма» — все должно было стать твоим. Не ожидал, что я, сопляк, тоже вступлю в игру?

— За клевету, между прочим, положено уголовное наказание, — Грязнов заговорил вкрадчиво, отступая в сторону пропускных стоек, подтягивая меня следом.

 — Твое дело уже открыто, нужно будет лишь добавить обвинительный пунктик. Ты сейчас идешь со мной, подписываешь бумаги на передачу прав собственности и спокойно отбываешь в суд, а следом — в колонию строгого режима. А на свободе тебя останется ждать красавица-жена, верная, преданная, главное — живая.

В спину уперлось что-то холодное и металлическое. Раздался короткий щелчок. Сердце пропускало удар за ударом, ноги от страха подкашивались, заплетались.

Мой полный ужаса взгляд был направлен на единственного человека.

Александр расправил плечи, поднял руки вверх.

— Не делай глупостей. Моя жена здесь ни при чем, отпусти Крис, — расслабленно и с грацией тигра Александр сделал несколько шагов в нашу сторону.

— Отец, все, в чем ты обвиняешь Алекса — дело твоих рук. — Леша тоже несмело вступил в диалог. — Думаешь, это не откроется на суде? Алекс не будет возбуждать дело, отпусти девушку.

На секунду воцарилось молчание.

Я слышала только бешеный стук собственного сердца.

— Дети, разве вы так и не поняли? — Грязнов коротко хохотнул и плотнее приставил пистолет к моей спине. — Деньги решают все. А сейчас мне нужна только одна подпись…

Окончание фразы утонуло в пронзительном, оглушительном звоне, вое. Земля дрожала, уходила из-под ослабевших ног. В лицо летели осколки огромных окон, непроницаемый дым. Голоса, сирены, крики… Все смешалось. Расплывалось.