Лихие. Смотрящий (СИ)

Не того масштаба он был человек, чтобы впустую колыхать воздух, и не те здесь сидели люди, перед которыми можно это было делать. Уважаемые люди повернули головы и пытались понять: им послышалось, или старый вор готов предъявить держателю общака. Это было… смело. Пожалуй, это самое слабое, что можно было бы сказать об этом выступлении.

— Обоснуй, Профессор, — заявил Лакоба, выпустив кольцо дыма. — Ты сейчас серьезные слова сказал в адрес серьезного человека.

— Человек общак держит, — ответил Профессор, — как в старые времена.

В подвале где-нибудь у себя в доме. Там-то их мусора и возьмут.

— А надо было как? — удивились воры.

— У вас же банки есть, уважаемые, — укоризненно посмотрел на них Профессор. — Я три дня как откинулся, но вот слово оффшор уже знаю. Так что если общак пропадет, то за это и спросить можно. Не подготовился человек. Не подстраховался.

— Раньше в золоте держали, — покивал Лакоба. — Зарыл Николашек и обыщите весь дом.

Мы с вором переглянулись.

Ай да Профессор! Ай да молодец! Я только что в ладоши не захлопал.

Такую лопату говна на вентилятор бросил. Да Компаса теперь при любом раскладе до мослов обгрызут. К Лакобе подбежал какой-то паренек и что-то зашептал ему на ухо.

— Вести из ИВС, уважаемые, — поморщившись, сказал тот. — Общак лежит в Истре, в доме Компаса, в подвале. И через час туда приедут мусора с обыском.

Лакоба посмотрел на нас внимательно.

— Улица Советская, дом 7.

— А зачем нам адрес? — удивился я"

"— Про банки кто задвигал? — Лакоба пожал плечами — У тебя в Едре и перекантуем общак.

Все закивали и начали собираться. Вот спасибо, — растерянно подумал я. — Не приведи бог, копейки ломаной не хватит. Крысой ославят.

— Своего человека дашь, — я пристально посмотрел на Лакобу. — У него ключ от комнаты будет. Или пусть ночует там, прямо на бабках.

— Мы тебе верим, Хлыст, — поморщился Лакоба. Слишком нарочито обозначился его интерес. А вот хрен тебе!

— Поехали, — Профессор поднялся. — Время не ждет.

В Истру мчали с мигалками. Колян на скользкой дороге рулил как бог.

Хотя ругался как черт. Странное это было зрелище: целая кавалькада Мерседесов, Джипов и тачек попроще мчалась по Волоколамке, пугая припозднившихся жителей окрестных деревень. Те испуганно жались к обочине, когда в зеркало заднего вида начинали требовательно моргать, и трогались только тогда, когда странный кортеж проносился мимо. Новый год приближался и обещал быть на редкость морозным. Уже минус двадцать, на минуточку, а тут, за городом, еще холоднее.