Лесной глуши неведомые тропы

"

"— Если я возьму эти земли силой, податей тебе и так не видать, — помолчав, заметил крэггл и невозмутимо отпил вина из своего немаленького кубка.

— Да ты сначала возьми! — рассердился король, с силой ударив себя кулачищем в грудь. — Чужие земли брать — это тебе не языком молоть!

— И возьму, — спокойно откинулся на неудобную спинку стула дикарь, взболтнув остаток вина в кубке. — Свои земли, не твои. Вот только он, — крэггл ткнул длинным мясистым пальцем в сторону Арвида, — не хочет умирать. И она, — палец с неухоженным крючковатым ногтем переместился на меня.

 — Не хочет терять мужа. А придется. Вини в этом себя, старый упрямый пень.

С этими словами крэггл громыхнул кубком о столешницу, с противным скрипом отодвинул стул и лениво стряхнул невидимые крошки с подтянутого живота. Двое хмурых бородатых воевод поднялись вслед за ним. Король-отец хранил мрачное молчание, не шевельнув ни единым мускулом на лице.

— Ты со мной, сын, или против меня? — обратился крэггл к Энги.

Краснота сошла с гладко выбритых щек мужа, и теперь они налились мертвенной бледностью.

Медленно поднявшись с места, он посмотрел отцу прямо в лицо. Я в который раз изумилась тому, насколько они оба похожи: зеленые глаза, упрямо изогнутые носы, крепко сжатые губы. Последовал тихий, но твердый ответ:

— Я буду защищать этот замок, свою жену и детей до последней капли крови. От того, кто посмеет напасть на него.

— Достойные слова, — как ни странно, крэггл довольно ухмыльнулся в усы. — Твоя мать не испортила нашей крови. Если встречу тебя в бою, последний из сыновей, зарублю своею рукой.

Твою женщину заберу и сохраню ей жизнь. Твоего сына воспитаю как внука и наследника. Однажды он станет правителем крэгглов, вместо тебя. Пусть утешит тебя это знание.

От этих слов меня пронизало ужасом, но страшный человек как ни в чем не бывало повернулся спиной и пружинисто зашагал к выходу из чертога. Я хотела с мольбой взглянуть на Арвида, но в шею будто забили кол, а глаза неотрывно следили за каждым размашистым шагом крэггла.

— Постой, — зычный голос отца заставил меня вздрогнуть.

Словно ожидая подобного оклика, крэггл замедлил шаг и остановился у самой двери.

— Может, дети и правы, — крякнув, чуть тише добавил король. — Может, и хватит уже размахивать мечами да орошать приграничные земли кровью. А подати… да пекло бы с ними, сколько там тех податей? Смех один. Вина вон лучше выпей. За здоровье детей.

Крэггл медленно обернулся, болотные глаза под густыми бровями засияли неприкрытым торжеством.