Леща, Ваша Светлость? (СИ)

В каком ещё положении? Неужели для него так важно моё материальное состояние?»

Последние записи были самыми горькими. После смерти отца и окончательного разорения лавки, Тобиас практически исчез из жизни Лессы. Не было ни писем, ни визитов соболезнования. А когда она сама пришла в дом Вейнов, дворецкий сообщил, что «молодой господин уехал по делам в столицу на неопределённый срок»."

"«Я всё поняла, – писала Лесса дрожащим почерком. – Он просто забавлялся мной, пока я была дочерью успешного торговца. А теперь, когда я никто – нищая сирота с долгами – я больше не интересую ни его, ни его семью.

Это была последняя запись в дневнике. Сделана она была за три дня до того, как Лесса бросилась со скалы.

Я закрыла дневник, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Боль настоящей Лессы ощущалась так остро, словно была моей собственной. Бедная девочка, доверчивая, романтичная, неготовая к жестокости жизни.

А ещё я испытывала гнев на Тобиаса – холодного, расчётливого эгоиста, разбившего сердце влюблённой девушки.

Но была в дневнике и другая, не менее важная информация. Оказывается, Лесса и Марк были знакомы гораздо дольше, чем я думала. И между ними была симпатия, подавленная волей отца. Интересно, помнил ли Марк об этом юношеском увлечении? Или для него это было давно забытой историей?

Продолжая перебирать бумаги, я наткнулась на ещё одну интересную находку – письмо, адресованное Харлону от какого-то Джеремайи Фолсома, датированное прошлым летом.

«Дорогой Харлон, должен сообщить тебе, что мои подозрения подтвердились. Морган действительно сотрудничает с контрабандистами из Южных островов. Товары поступают через порт Дримхейвен, затем перегружаются на малые суда и доставляются в укромную бухту в трёх милях к югу от Мареля. Там их встречают люди Моргана, среди которых, я почти уверен, есть и молодой Вейн.

Я собрал достаточно доказательств, чтобы представить дело королевским таможенникам, но нам нужно действовать осторожно.

Встретимся, как договаривались, через неделю в таверне «Морской конёк» в Дримхейвене. Никому не говори о нашей переписке, особенно своей дочери. Чем меньше она знает, тем безопаснее для неё.

Твой друг, Джеремайя».

Я перечитала письмо дважды, не веря своим глазам.