Единица безумия

– Она сидела на полу, привалившись к спинке кровати, и смотрела в молчаливо меняющиеся картинки на экране телевизора. – Пуска-ай кру-у-у-то меня зано-о-о-сит, душа чу-у-у-уда сейчас про-о-осит, что в Ирку-у-утске, чт-о-о в Но-о-ри-и-ильске како-о-ой ру-у-усский не пьет ви-и-иски-и-и…"

"– Угу. Наш корабль идет ко дну… – Погодин присел рядом и, посчитав, что смотреть телевизор без звука не совсем нормально, прибавил громкость.

– Не лезь! – Женька попыталась отобрать у него пульт, но не смогла и горестно завыла, обняв свои колени: – Вот за что мне это, за что?!

– Не плачь, Дольчегабана.

Рано тебе еще слезы лить. Вот узнаешь меня поближе, тогда можно рыдать. А сейчас рано. Не люблю я эту бытовую философию… за что мне? а почему все мне? Да потому что в нашей гребаной жизни полно дерьма, а люди вокруг – говно. И ты, Дольчегабана, умудряешься в это дерьмо постоянно вляпываться. А я собираюсь из этого дерьма твою жопу вытащить. Так что радуйся, – усмехнулся Погодин и хлебнул виски прямо из бутылки.

– Чему тут радоваться? – спросила она, подняв на него глаза: – Что я связалась с самым ублюдочным ублюдком?

– Поверь, ты тоже не моя мечта.

Так сказать, не героиня моего романа. Я прям твоему мужу не завидую.

Женя, сделав из стакана обжигающий глоток, поперхнулась, но не алкоголем. Ее задавили кашель и смех. Прокашлявшись, она хлопнула Погодина по груди.

– Ой, Андрюша, ну ты прям сейчас пошутил… про мужа-то… умеешь развеселить.

Андрей чокнулся бутылкой с ее стаканом и отпил еще. Крепкое спиртное обожгло внутренности, напомнив, что он почти ничего не ел сегодня.

С отцом не садился за стол принципиально, заехать перекусить где-нибудь времени не было, а Дольчегабана, видать, еще не поняла, что она жена, и не соизволила хоть что-то приготовить. С тоской посмотрев в сторону кухни, Андрей остался сидеть на месте.

– Ты все наврал про себя, – обиженно сказала Женя. – Только не пойму почему. Я тебе все про себя выложила. Все начисто.

– Я не врал. То, что ты видела, – жизнь моего отца, но не моя. Деньги, состояние, связи, влиятельные люди – все про него.

Не про меня. Я к этому не имею никакого отношения. Моя семья – это те, про кого я тебе говорил. Мама проститутка и папа алкоголик. Отчим. Они меня воспитывали. По пальцам пересчитать сколько раз я Рыся видел. Он всю жизнь знать меня не хотел. Он не принимал в моей судьбе никакого участия. Он ничем мне не помогал.

– Но сейчас он есть. Он помог. И он явно хочет наладить ваши отношения.

– Мне это не нужно.

– Ему нужно.