Легион против империи

 — Пять талантов! Договорились?

— У меня нет таких денег! — с достоинством (ох как трудно выглядеть достойно, стоя на коленях) произнес Тит Эмилий. — Я — бедный человек… Эй, не трогайте его! Не смейте! — вскричал он, увидев, как один из пиратов выволок из-за канатной бухты перепуганного эфесского мальчика. Вивиан даже попытался встать, но тяжелая рука бородатого горца снова швырнула патриция на колени.

Предводитель сделал знак — и мальчишку притащили к нему.

— Твой родственник?

— Мой возлюбленный! — с вызовом бросил Вивиан.

Он не понимал, что происходит. Просто представить не мог, что такое может произойти с ним.

Вспомнилась почему-то история Юлия Цезаря. Который тоже когда-то попал к пиратам, потом выкупился, изловил всех и распял. Он, Тит Вивиан из рода Эмилиев — не менее благороден, чем Юлий!

— Вас всех отправят на кресты! — закричал он.

Но вожак пиратов лишь презрительно усмехнулся.

— Возлюбленный, говоришь? Такой хорошенький. Да и ты — тоже ничего! — Грязные пальцы с обломанными черными ногтями ущипнули розовую щечку патриция.

— Приласкаешь меня, патриций, будешь жить! — сказал вожак.

Тяжелый пояс с кинжалом грюкнул о доски палубы. Волосатый, как зверь, пират задрал тунику, распустил набедренную повязку…

Сорок поколений благородных предков внезапно возродились в крови Тита Эмилия. Быстрый бросок — и оброненный пиратом нож оказался у него в руках.

Вожак киликийцев отпрянул… Пират за спиной Вивиана замахнулся дубиной… Не успел.

— Не оскверню уста рим… — выдохнул он, и, облившись кровью, ничком повалился на палубу.

— Вот дурень, — добродушно произнес вожак. — А мог бы жить. — И, повысив, голос. — Заканчивайте тут, братья! Всё лишнее — за борт, судно на буксир и домой, пока светло. Нынче — удачный день!

* * *— …Так он и умер, твой сменщик, — завершил свой рассказ Коршунов. — В целом, достойно умер.

— Разборчивым, выходит, гомосеком оказался императорский легатик, — усмехнулся Черепанов. — Не захотел пирата ублажить!

— Ничего ты в римской морали не понимаешь[62]! — возразил Алексей.

— Допустим, — не стал спорил Черепанов. — Кстати, откуда ты знаешь такие пикантные подробности?

— Одного из матросиков с того корабля продали на рынке в Тарсе. А его новый хозяин оказался любопытен. И знаком с моим… информатором! — Коршунов ухмыльнулся.