Следы сатаны

"Маргит Сандему

Следы сатаны

Давным-давно, много сотен лет тому назад Тенгель Злой отправился в безлюдные места, чтобы продать душу Сатане.

С него начался род Людей Льда.

Тенгелю было обещано, что ему будет сопутствовать удача, но за это один из его потомков в каждом поколении обязан служить дьяволу и творить зло. Признаком таких людей будут желтые кошачьи глаза. И все они будут иметь колдовскую силу.

И однажды родится тот, кто будет наделен сверхъестественной силой. Такой в мире никогда не было.

Проклятие будет висеть над родом до тех пор, пока не найдут места, где Тенгель Злой зарыл горшок, в котором варил колдовское зелье, вызвавшее Князя Тьмы.

Так говорит легенда.

Правда это или нет — никто не знает.

Но в 1500-х годах в роду Людей Льда родился человек, отмеченный проклятием, который пытался творить добро вместо зла, за что получил прозвище Тенгель Добрый.

В саге рассказывается о его семье, главным образом о женщинах его рода.

1

Первая попытка уничтожить сатанинские следы была сделана очень давно — тогда, когда Виллему вернулась домой из своего последнего путешествия.

В то время еще никто в роду Людей Льда и знать не знал, и слыхом не слыхивал о следах сатаны. А те, кто знал о них и мог поведать другим, давно ушли в мир иной.

И только много времени спустя жители Норвегии стали замечать, что в стране происходит что-то странное и непонятное.

Первые тревожные сигналы прозвучали так далеко от Гростенсхольма, что их эхо не достигло усадьбы.

Много севернее центральной провинции Акерсхюс в горную долину спустилось с гор некое неизвестное существо…

Как ни странно, это событие не привлекло особого внимания. Даже Люди Льда не придали этому значения.

Шел 1684 год. В это время сыну Виллему и двум другим детям того же рода исполнилось по семь лет…

…По глинистой проселочной дороге одной из отдаленных горных долин шли две женщины.

Ветер что есть силы трепал сухой вереск. Было страшно холодно. Женщины поплотнее запахнули шали.

Одна из женщин указала пальцем на землю:

— Заметила? Мы идем по этим следам уже довольно долго.

Другая, увлеченная рассказом о своем ревматизме, не видела ничего. Однако и она нагнулась, потом спросила с оттенком неуверенности:

— Словно… Похоже на звериный или на человеческий след.

— Да, — отвечала вторая. Ей стало не по себе.