Эркюль Пуаро

Может, ей и не придется давать официальные показания. Она им просто расскажет, что видела, а они возьмут это на заметку. Я могу позвонить Спенсу и попросить его приехать сюда... нет, лучше я заберу вашу Эдну в Килчестер, отвезу на машине. Если она прямо там зайдет в полицейский участок, здесь об этом никто и знать не будет. Я им просто позвоню и предупрежу, что мы приедем.

И вот, после непродолжительного телефонного разговора, шмыгающая носом Эдна, застегнув доверху пуговицы пальто и получив последнее благословение миссис Свитиман, села в фургон Джонни Саммерхейза, и машина быстро поехала в сторону Килчестера.

ГЛАВА 20

Эркюль Пуаро находился в кабинете инспектора Спенса в Килчестере. Он сидел, откинувшись на спинку кресла, чуть прикрыв глаза, поигрывая перед собой кончиками пальцев.

Инспектор принял какие-то сообщения, проинструктировал сержанта и наконец перевел взгляд на знаменитого сыщика.

– Вас, никак, осенило, мосье Пуаро? – спросил он.

– Я просто анализирую, – сказал Пуаро, – оцениваю факты.

– Я забыл у вас спросить. Ваша встреча с Джеймсом Бентли – она что-нибудь дала?

Пуаро покачал головой. Потом нахмурился.

Ибо в эту минуту его занимал именно Джеймс Бентли."

"Надо же, раздраженно думал Пуаро, в кои веки он предложил свои услуги бесплатно, исключительно из дружбы и уважения к честному и порядочному полицейскому, и именно в таком деле жертва обстоятельств оказалась начисто лишена романтической привлекательности. Ну почему на месте Бентли не миловидная девушка, загнанная в тупик, но совершенно безвинная, не достойный и прямодушный молодой человек, тоже загнанный в тупик, чья голова «хоть и в крови, но не склонилась» – Пуаро пришла на ум строчка, недавно вычитанная им в сборнике английской поэзии.

Так, может, пусть его и повесят, если ему недорога собственная жизнь?

Ну нет, это уж он погорячился...

Инспектор Спенс кашлянул и нарушил эти мысли.

– Наш разговор, – очнулся Пуаро, – оказался, я бы сказал, крайне непродуктивным. Если Бентли и мог вспомнить что-то полезное, он этого не сделал, а что вспомнил, ничего нам не дает – зацепиться не за что, все сплошь туман и неопределенность.