Эркюль Пуаро

Я пытался задушить Линн.

– Ну-ну... – произнес Пуаро огорченно.

Казалось, его расстроила бестактность Роули.

– На моей совести две смерти, – сказал Роули. – Это была бы третья, если бы не появились вы.

– Давайте будем пить кофе, – предложил Пуаро, – и не говорить о смерти. Эта тема неприятна мадемуазель Линн.

– Бог мой! – Роули изумленно глядел на Пуаро.

Линн с трудом глотала кофе. Он был горячий и крепкий, и вскоре горло стало меньше болеть; кроме того, кофе подкрепил ее.

– Ну вот, теперь лучше, да? – спросил Пуаро.

Она кивнула.

– Теперь мы можем разговаривать, – продолжал он. – Я, впрочем, имею в виду, что говорить буду я.

– Что вам известно? – с трудом произнес Роули. – Вам известно, что я убил Чарльза Трентона?

– Да, – ответил Пуаро. – Я уже давно это знаю.

В это время дверь распахнулась. Это был Дэвид Хантер.

– Линн, – воскликнул он. – Ты не сказала мне...

Он остановился, озадаченно переводя взгляд с Линн на Роули и на Пуаро.

– Что с твоим горлом?

– Еще одну чашку, – сказал Пуаро.

Роули достал чашку из шкафа. Пуаро взял ее, налил кофе и протянул Дэвиду. Снова Пуаро был господином положения.

– Садитесь, – сказал он Дэвиду. – Мы будем сидеть здесь и пить кофе. И вы все трое будете слушать лекцию о преступлении, которую прочтет вам Эркюль Пуаро...

Линн подумала: «Это ночной кошмар. Это мне снится. Такого не может быть в действительности!»

Казалось, все трое были загипнотизированы нелепым маленьким человечком с большими усами. Все они послушно сидели здесь: Роули – убийца; она – жертва; Дэвид – человек, который любит ее; и все держали в руках чашки с кофе, и все слушали этого маленького человечка, который неведомо почему взял власть над ними.

– Как возникает преступление? – начал Пуаро. – Да, это вопрос. Какие стимулы необходимы? Должно ли быть врожденное предрасположение? Всякий ли способен на преступление? И что происходит – об этом я спрашиваю себя с самого начала, – что происходит, когда люди, которые были защищены от настоящей жизни, от ее трудностей и унижений, внезапно лишаются своей защиты?"

"Я говорю, как вы видите, о Клоудах.

Здесь присутствует только один Клоуд, и поэтому я говорю очень свободно. С самого начала эта проблема увлекла меня. Обстоятельства избавили целую семью от необходимости стоять на собственных ногах. Хотя каждый член семьи жил собственной жизнью, имел свою профессию, занятие, однако никто из них не выходил из-под сени благодетельной защиты. Они все были избавлены от трудностей.